# Институциональная теория денег: сущность и правовой режим денег и ценных бумаг

Андрей Юрьевич Грибов

## Содержание

Введение


Часть I. ЗАЧЕМ НУЖНА ИНСТИТУЦИОНАЛЬНАЯ ТЕОРИЯ ДЕНЕГ


Об ошибках правовой трактовки понятий денег и ценных бумаг и их последствиях

Амбивалентность экономической природы денег и юридического определения

Методологические основы анализа: теории денег и институциональный подход

---  Теории денег

---  Неоинституциональная теория и экономика права

---  Анализ права по Р. Познеру

---  Историческая школа юриспруденции

---  Эволюционный институционализм

---  Правовые различия в обращении вещей и обязательств


Часть II. ЦЕННЫЕ БУМАГИ


Определение проблемы

Определения ценной бумаги в зарубежном законодательстве

Ценные бумаги как экономическая категория и их законодательная трактовка

---  Н.О. Нерсесов о ценных бумагах

---  Ценные бумаги как односторонние контракты

---  Эволюция контрактов в ценные бумаги

---  Предъявительские ценные бумаги как сложные правоотношения

---  Неадекватность экономической природы и современной законодательной трактовки ценных бумаг

---  Право на бумагу и право из бумаги


Часть III. ДЕНЬГИ


Деньги как экономическая и стоимостная категория

---  Эволюция форм денег

---  Натуральные деньги

-------  Натуральные товарные деньги

-------  Металлические слитки точного веса

-------  Полновесные металлические монеты

---  Кредитные деньги

-------  Коммерческие векселя

-------  Банкноты частных банков

-------  Валюта

-----------  Публично-правовое происхождение

-----------  Классификация форм денег по признаку «наличная — безналичная»

-----------  Наличная валюта

-----------  Безналичная валюта — депозитные деньги [чековые счета]

-----------  Спрос на валюту

---  Финансовые деньги

-------  Квазиденьги

-------  Фондовые ценности, ограниченно выполняющие функции денег

Вещные и обязательственные составляющие денег

Анализ движения форм денег


Часть IV. ОШИБКИ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА

И РОЛЬ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ТЕОРИИ


Происхождение ошибки

Доказательство неизбежности наличия ошибок в законах

Почему в континентальном (в том числе российском] законодательстве много ошибок


Литература


## Введение


Цель данной работы — вывод и доказательство актуальных и необходимых для нормального функционирования финансовой системы страны определений ценной бумаги, денег, валюты, а главное, правил обращения различных форм денег и ценных бумаг.


Определение ценной бумаги

Ценной бумагой является документ, исполненный с соблюдением установленной формы и обязательных реквизитов, который закрепляет совокупность имущественных и неимущественных прав, подлежащих удостоверению, уступке и безусловному осуществлению в установленном федеральным законом порядке, и может отчуждаться правообладающей стороной любому лицу независимо от воли обязующейся стороны.

В некоторых случаях, например при акцепте векселя, обязующаяся сторона может видоизмениться без согласия правообладающей стороны.

С отчуждением ценной бумаги все закрепляемые ею права (обязательства) переходят в совокупности.

Ценная бумага имеет обязательственный характер независимо от того, на каком носителе она исполнена.

Ценная бумага, права владельца которой закреплены в специальном реестре (обычном или компьютеризированном), является именной ценной бумагой.

В случае, предусмотренном законом или в установленном им порядке, для осуществления и отчуждения прав, удостоверенных ценной бумагой, достаточно доказательств их закрепления в специальном реестре.

Ценная бумага, правообладающей стороной по которой является собственник ее носителя, называется предъявительской ценной бумагой. Предъявительская ценная бумага исполняется в единственном экземпляре.


Правило обращения ценных бумаг

Ценные бумаги, кроме предъявительских, обращаются по обязательственным правилам.

Предъявительские ценные бумаги обращаются по вещным правилам, но их эмиссия и погашение осуществляются по обязательственным правилам.


Определение денег

В качестве денег могут использоваться различные имущественные блага — вещи, обязательства и вещно-обязательственные комплексы, выполняющие следующие функции денег:

• мера стоимости;

• средство обращения;

• средство накопления.


Деньги могут обладать стоимостью:

1) либо в силу их естественных полезных свойств — потребительной стоимостью (товарные деньги):

• драгоценные и иные металлы;

• редкие ископаемые;

• шкуры, зерно, скот;

2) либо как содержащие обязательство (кредитные и финансовые деньги):

•  векселя;

• банкноты и билонные монеты с незначительным содержанием ценного металла;

• записи по счетам в банках и реестрах;

• облигации;

• чеки;

• другие ценные бумаги;

3) либо как вещно-обязательственные комплексы, например монеты с удельно-дорогим содержанием ценного металла [1]


Определение валюты


Валюта — предусмотренные для обращения обязательства государственного банка (казначейства, резервной системы) — государственные наличные и безналичные деньги — это бессрочные по предъявлению государственные предъявительские векселя «на себя» с бланковым индоссаментом, обязательные к приему на всей территории страны в соответствии с нормами ее публичного права.

Правило обращения различных форм денег

Правила обращения различных форм денег определяются правилами обращения тех имущественных благ, которые исполняют функции денег.

Все формы денег по правилам обращения делятся на три больших вида: вещи, обязательства и производные ценные бумаги (деривативы).

Вещи:

1) натуральные неунифицированные товарные деньги;

2) металлические слитки точного веса;

3) полновесные металлические монеты.

Такие деньги (вещи) обращаются по правилам, применяемым в вещном праве.

Чистые обязательства:

1) именные ценные бумаги в наличной форме:

а) именные коммерческие векселя;

б) именные облигации, векселя банков и иные квазиденьги;

в) именные акции и иные фондовые ценности;

2) именные счета в безналичной форме:

а) безналичная валюта (депозитные деньги, чековые счета);

б) любые счета типа депо, с отражением на них:

• коммерческих векселей;

• облигаций, векселей банков и иных квазиденег;

• именных акций и иных фондовых ценностей.

Такие деньги (обязательства) обращаются по правилам, применяемым в обязательственном праве.

Деривативные (производные) ценные бумаги, где право на вещь, носитель обязательства, порождает правоотношение к должнику по обязательству:

1) коммерческие векселя на предъявителя;

2) банкноты частных банков;

3) наличная валюта — государственные банкноты и монета;

4) облигации, векселя банков и иные квазиденьги в виде бумаг на предъявителя;

5) акции и иные фондовые ценности в виде бумаг на предъявителя.

Такие производные ценные бумаги обращаются по вещным правилам, за исключением их эмиссии и погашения, при которых они обращаются по обязательственным правилам.

В данной работе для целей вывода и доказательства настоящих определений и правил использовались пространные цитаты отечественных и зарубежных исследователей юридической и экономической природы денег.


### Часть I. Зачем нужна институциональная теория денег


Об ошибках правовой трактовки понятий денег и ценных бумаг и их последствиях

В 1995 г. в период первого российского банковского кризиса самым крупным из разорившихся банков был Московский межрегиональный коммерческий банк (ММКБ) — бывший Промстройбанк Московской области. Несмотря на значительную сумму активов, банк вернул кредиторам очень мало средств. Большую роль в этом сыграли юристы банка, занявшие весьма любопытную позицию, противоречащую экономической трактовке категории «деньги».

Опираясь на принятый за год до этого Гражданский кодекс РФ (ГК РФ), они утверждали, что деньги являются не обязательствами, авещами. А поскольку деньги, которые остались в активах банка, — это деньги вкладчиков — физических лиц, то кредиторы — юридические лица не могут требовать у банка не принадлежащие им вещи.

Правовая логика в этом была, и она привела к определенным результатам. Если бы клиенты банка — юридические лица могли с точки зрения закона утверждать, что их денежные отношения с банком суть обязательственные, а не вещные, то им удалось бы вернуть из разорившегося банка гораздо больше средств.

Описанный правовой риск хранения и использования денежных средств через банковскую систему становится чрезвычайно высоким, что приводит в масштабах всей российской экономики к уменьшению безналичного денежного оборота в стране и, следовательно, падению валового внутреннего продукта (ВВП).

Таким образом, снятие данного правового риска является жизненно важной проблемой не только для банковского сектора, но и для нормального развития экономики России.

Начавшая формироваться практика рыночных отношений все же определила безналичные деньги как обязательства банка по счетам до востребования или по срочным счетам соответственно.

Но по отношению к бумажным деньгам ведущие юристы страны остались непреклонны. Бумажные деньги — это физически ощущаемые вещи, говорят они и пишут в ст. 128 ГК РФ: «К объектам гражданских прав относятся вещи, включая деньги и ценные бумаги...».


Амбивалентность экономической природы денег и юридического определения


> Естественное право — право, которое установил между людей естественный разум.

> Институции Гая

Развитие рыночных экономических отношений выявляет накопившиеся противоречия между практикой и теорией как в экономике, так и во взаимозависимом законодательстве.

Ведущие экономисты страны уделяют недостаточное внимание разработке и экспертизе существующего и разрабатывающегося экономического законодательства, регулирующего, в частности, фондовый и финансовый оборот, что приводит к несоответствию ведущей юридической трактовки денег и ценных бумаг их экономическому содержанию, которое должно предопределять их юридическое формулирование. Неверно законодательно определенные правила обращения денег и ценных бумаг негативно влияют как на денежно-фондовый оборот в стране, так и кредитно-денежную политику в целом.

Такие отношения называют амбивалентными, поскольку источником права в материальном смысле являются развивающиеся общественные отношения, к которым относятся способ производства материальных благ, материальные условия жизни общества, система экономико-хозяйственных связей, формы собственности как конечная причина возникновения и действия права.

Можем ли мы применять положения ст. 128 ГК РФ, зная об их несоответствии базовым экономическим основам?

Еще Цицерон утверждал, что «истинный закон — это разумное положение, соответствующее природе»; «естественное право возникло раньше, чем какой-либо писаный закон»; «право устанавливается природой, а не человеческими решениями и постановлениями»; «закон, устанавливаемый людьми, не может нарушить порядок в природе»; «соответствие или несоответствие человеческих законов природе (и естественному праву) выступает как критерий и мерило их справедливости и несправедливости»[2].

Позднее Карл Маркс вывел, что право и государство относятся к надстройке по отношению к базисным производственным и экономическим отношениям. Правовые отношения возникают из экономических, обслуживают их, являются необходимой формой их выражения и существования.

Поскольку экономика — базис государства, а государство и право — его надстройка, то, продолжив аналогию, получим, что экономическая теория должна быть основой законодательства.


В одном из писем К. Шмидту Ф. Энгельс пояснял: «... действие государственной власти на экономическое развитие может быть троякого рода. Она может действовать в том же направлении — тогда развитие идет быстрее; она может действовать против экономического развития — тогда в настоящее время у каждого крупного народа она терпит крах через известный промежуток времени; или она может ставить экономическому развитию в определенных направлениях преграды и толкать его в других направлениях. Этот случай сводится в конце концов к одному из предыдущих. Однако ясно, что во втором и третьем случаях политическая власть может причинить экономическому развитию величайший вред и может вызвать растрату сил и материала в массовом количестве»[3].

Законодательство, противоречащее своему базису — экономической теории, является тормозом для развития экономики страны.


Методологические основы анализа: теории денег и институциональный подход


> Проблема денег рассматривалась многими экономическими школами, но, к сожалению, в институционалист-ской теории она занимает скромное место. Институцио-налисты чаще всего рассматривают права собственности, трансакционные издержки, сущность фирмы и роль государства в рыночной экономике. Проблема денег обычно ставится только с точки зрения определения денежной массы и спроса на деньги.

> Методологической основой анализа стали положения неоинституционализма, и прежде всего экономики права, позволяющие выявить взаимосвязи между экономикой и законодательством.

> ИЛ. Николаева[4]

Теории денег


Отечественные исследователи вопросов эволюции форм и сущности денег традиционно применяют классический подход, в основном понимая деньги как товар особого рода. Этот подход восходит к марксистской традиции, хотя в наше время он претерпевает значительные модификации.

Зарубежные исследователи трактуют деньги на основе целой группы теорий, которые следовало бы классифицировать следующим образом:

1) о влиянии денежной массы на экономику:

• количественная теория денег;

• количественная теория денег И. Фишера;

• кембриджский вариант количественной теории денег;

• современный монетаризм;

2) функциональная теория денег;

3) теории собственно сущности денег:

• товарная;

• металлическая;

• номиналистическая;

• государственная и др.


Указанные теории исследуют те аспекты денег и денежного обращения, которые в данной работе не рассматриваются. Так, металлическая теория денег (Т. Мен, Д. Норе, А. Монкретьен, К. Книс) рассматривает полноценные металлические деньги как богатство нации. Количественная теория денег (Ш. Монтескьё, Д. Юм, Дж.М. Кейнс, И. Фишер, М. Фридмен и др.) останавливается в первую очередь на прямой зависимости между ростом денежной массы в обращении и ростом товарных цен. Информационная теория денег рассматривает деньги как информацию[5].

Так как главной задачей исследования является комплексный теоретический анализ природы современных денег и ценных бумаг как экономических категорий, то, чтобы выявить противоречия между их экономической и законодательной трактовками, предполагается особый методологический подход.

Дело в том, что, с одной стороны, деньги — объективное явление, возникшее и развивающееся в результате естественной эволюции товарного производства, а с другой — их реальные формы закрепляются законодательно, что является прерогативой государства. Денежное обращение и движение ценных бумаг также регулируются государством.

В данной работе предпринята попытка отойти от традиционного подхода, поскольку ни одна из перечисленных выше теорий в отдельности не может служить методологической основой анализа.

В качестве первого важнейшего методологического принципа анализа выдвигается плюралистический концептуальный подход,

согласно которому используются принципы и инструменты исследования нескольких экономических теорий: товарной, номиналистической, государственной и функциональной теорий денег, а также ряда неоинституциональных концепций.

В товарной теории деньги рассматриваются как особый вид универсального товара, который используется в качестве всеобщего эквивалента и посредством которого выражается стоимость всех других товаров. Деньги представляют собой товар, выполняющий ряд функции, являясь, образно говоря, «товаром всех товаров»[6]

В то же время этого недостаточно для характеристики денег, особенно их современных форм. Невозможно лишь при помощи инструментария товарной теории денег раскрыть сущность финансовых денег, например акций и иных фондовых ценностей. Кроме того, сущность явления никогда не может выразить всего богатства его реального содержания и форм проявления. Поэтому наше исследование основано также и на неоинституциональной теории.


Неоинституциональная теория и экономика права


Неоинституциональная теория в отличие от других экономических теорий анализирует экономические категории как результат согласованных действий индивидов. Такие экономические категории, как деньги, товар, рынок, с ее позиций есть согласованный результат взаимодействия индивидов, сознательно идущих на определенные уступки друг другу ради достижения цели, реализации индивидуальных интересов, которые в противном случае не могут быть достигнуты никогда.

Следует отметить, что экономическая теория с развитием различных ветвей неоинституционализма захватывает все новые сферы анализа — от правовых вопросов до проблем проведения объективных и демократических выборов. Ее даже начали обвинять в «экономическом империализме». Неоинституциональная теория, состоящая из множества направлений, не противоречит другим течениям в экономической теории, а восполняет их пробелы.

В качестве методологической основы исследования в данной работе применяется новое направление неоинституциональной теории — экономический анализ права, или экономика права (Economic analysis of law), выделившееся в самостоятельную дисциплину в середине 1960-х гг. Р. Коуз и Р. Познер стали ключевыми фигурами в формировании экономики права. Огромное значение имели также работы Г. Беккера по экономическому анализу внерыночных форм поведения, в частности преступности.

Экономика права ведет анализ экономическими методами, но областями ее исследования являются как экономика, так и правовая сфера.

В отечественной экономической науке принципы анализа экономики права только начинают применяться, в то время как за рубежом, особенно в США, это уже стало мощным течением. Экономический анализ права, возникший в 70-х гг. XX в., является сейчас одним из самых влиятельных направлений в экономической науке США и других стран Запада. За прошедшее время не осталось, наверное, ни одной правовой нормы, ни одного элемента правовой системы, которые экономика права не подвергла бы анализу. Практически это выражается в последовательном переносе микроэкономического аналитического инструментария на внерыночные отношения, каковым является право.

Классической работой в области экономики права является книга Ричарда Познера «Экономический анализ права», впервые изданная в США в 1972 г. В нашей стране она была переведена на русский язык и издана только в 2005 г.[7] Заслуга экономистов данного направления в том, что они доказали: правовая система и вопросы ее функционирования имеют четкие объяснения в рамках экономической теории.

Экономика права изучает два ряда проблем: во-первых, как реагируют экономические агенты на различные правовые установления; во-вторых, как меняются сами правовые нормы под воздействием экономических факторов.

Заметим, что наш анализ взаимодействия экономической и правовой природы денег находится в русле экономического анализа права, так как будет рассмотрено взаимовлияние экономической природы денег и права.

Основное положение экономики права состоит в следующем: юридические правила должны подражать рынку. По мнению американского экономиста Дж. Хиршлейфера, концептуальный каркас экономики права составляют три теоремы: теорема А. Смита, теорема Р. Коуза и теорема Р. Познера[8].

Рассмотрим суть этих теорем, а также возможность их адаптации к нашему исследованию.

Теорема А. Смита гласит, что добровольный обмен повышает благосостояние участников сделки. Отсюда вывод: законодательство должно всемерно поощрять обмен, во-первых, устраняя искусственные барьеры любого рода, во-вторых, обеспечивая юридическую защиту добровольно заключаемых контрактов. Соответственно законодательство должно обеспечивать безопасность участников контрактов, т.е. вкладчиков и владельцев ценных бумаг и т.д.

Теорема Р. Коуза гласит, что все возможности для взаимовыгодного обмена полностью исчерпываются самими заинтересованными сторонами при условии, что трансакционные издержки равны нулю, а права собственности точно определены. Следовательно, законодательство должно обеспечить четкую спецификацию прав собственности на все экономические ресурсы, к каковым относятся и деньги, и ценные бумаги.

Теорема Р. Познера связана с теоремой Р. Коуза. Она гласит: когда трансакционные издержки положительны, т.е. когда на пути обмена встают объективные преграды, не позволяющие достичь эффективных результатов, различные варианты распределения прав собственности оказываются неравноценными с точки зрения интересов общества. Следовательно, законодательство должно избирать и устанавливать наиболее эффективное из всех доступных распределение прав собственности.


Анализ права по Р. Познеру


Р. Познер вывел критерий эффективности правовых решений. По его мнению, правовые решения должны соответствовать критерию экономической эффективности. Он определяет критерий эффективности правовых решений либо как «принцип максимизации богатства», либо как «принцип минимизации трансакционных издержек». Правовые институты надлежит реформировать только исходя из соображений эффективности.

В теории экономики права правовая система уподобляется рынку и рассматривается как механизм, регулирующий распределение ограниченных ресурсов. Правовая система должна быть имитатором рынка. Следовательно, правовые нормы как элементы рынка должны устанавливаться исходя из соображений эффективности.

Из такого подхода вытекают следующие общие требования к правовой системе.

1. Закон должен способствовать снижению трансакционных издержек, в частности, устраняя искусственные барьеры на пути добровольного обмена и обеспечивая исполнение заключенных контрактов.

2. Закон также должен четко определять и надежно защищать права собственности, препятствуя перерождению добровольных сделок в вынужденные. Устранение неопределенности в наделении правами собственности будет вести к расширению поля добровольного обмена.

3. Законодательство должно избирать и устанавливать наиболее эффективное из всех доступных распределение прав собственности, подобное тому, к которому экономические агенты приходили бы сами, не препятствуй им в этом высокие издержки трансакций[9].

Нормативные выводы экономики права уже начали проникать в судебную и законодательную практику многих стран. Тезис Р. Познера о «подражании» юридической системы рынку помогает обнаруживать и устранять нормы, мешающие эффективной работе экономики[9]. Опираясь на тезис Р. Познера, мы проводим сравнение экономической и законодательной трактовки денег и ценных бумаг, чтобы выявить основные направления преодоления противоречий между ними и тем самым построить правовые нормы на основе критерия экономической эффективности.

Выбор способов юридической защиты прав собственности также должен направляться критерием экономической эффективности. Р. Познер видит юридический аналог рынка в системе прецедентного права. В рамках этой системы, утверждает он, решения выносятся судами в общем в соответствии с критерием экономической эффективности[10]. В основной массе публикаций по экономике права на конкретных примерах различных прецедентов и юридических норм доказывается, что эти прецеденты и нормы действительно установлены сообразно принципам экономической эффективности.

Поскольку экономика права во многом опирается на неоинституциональную теорию прав собственности, разработанную во второй половине XX в. американскими экономистами лауреатом Нобелевской премии по экономике (1991) Р. Коузом и А. Алчианом, то остановимся на некоторых необходимых для нашего анализа моментах. (В дальнейшем в разработке и использовании этой теории принимали активное участие американские экономисты И. Барцель, Г. Демсец, Р. Познер и др.[11])

Основная задача теории прав собственности, как она формулируется самими западными экономистами, состоит в анализе взаимодействия между экономическими и правовыми системами. Права собственности определяют, какие издержки и вознаграждения могут ожидать агенты за свои действия, переструктуризация прав собственности ведет к сдвигам в системе экономических стимулов, реакцией на эти сдвиги будет изменившееся поведение экономических агентов. Эта логика — от структуры прав через систему стимулов к поведенческим последствиям — ясно выражена в анализе процессов спецификации или размывания прав собственности.

Понятие прав собственности в контексте нового подхода распространяется на все редкие блага. Оно охватывает полномочия как над материальными объектами, так и над правами человека.


Выделим в этом определении важнейший для нас момент: теория прав собственности использует термин «право собственности», а не «собственность». Собственностью является не ресурс сам по себе, а доля прав по использованию ресурса составляет собственность.


Историческая школа юриспруденции


Навстречу движению экономической мысли в область права развивалось и движение юридической мысли в область экономики. В начале XIX в. в юриспруденции образовалась новая так называемая историческая школа, которая пробивает дорогу иному пониманию права. Эта школа утверждает, что право есть продукт жизни, что в нем отражаются только те отношения, которые сложились в действительности.

Право изменяется со всяким движением вперед культуры, народного сознания и быта. При такой точке зрения можно выяснить значение и сущность известных проблем, чтобы дать себе отчет в реальных потребностях деятельной жизни, которые должны ими регулироваться (неясно, что и чем должно регулироваться). Зависимость права от экономики особенно проявляется в области гражданского права. Как право, регулирующее отношения между лицами по поводу владения имуществом, оно особенно близко соприкасается с теми разнообразными фактическими особенностями, которые характеризуют экономическую жизнь данного народа в данную эпоху.

Например, чем более развиты промышленность и торговля, тем больше право на недвижимость уравнивается с правом на движимость и свобода обращения, характеризующая движимую собственность, постепенно распространяется и на собственность земельную. В развитом промышленном и торговом быту все более и более отменяются разнообразные стеснения.

Для ясного понимания юридической системы общества помимо изучения постановлений положительного права необходимо обратить внимание на действительные экономические отношения, результатом которых являются юридические нормы. Поэтому, чтобы понять хозяйственные отношения данной страны, надо ознакомиться с основным институтом права.

Особенную важность при этом имеют правовые нормы относительно собственности и договоров. Степень свободы лиц, пределы и содержание права собственности, условия заключения договоров — таковы главные категории правовых норм, от которых зависит система экономического хозяйства.

Недостаточная экономическая грамотность многих ведущих российских юристов и законодателей как в вопросах фундаментальной политэкономической теории, так и в оперировании терминами вызвана прежде всего незакрепленностью политэкономических определений в существующем правовом поле России и отсутствием экономической экспертизы законов.


Эволюционный институционализм


Эволюционное направление институционализма,[12] основоположником которого в конце 1970-х гг. стал Нобелевский лауреат Дуглас Норт, также дает, по нашему мнению, необходимую теоретическую основу для анализа изменений законодательства, касающегося трактовок современных денег и ценных бумаг, которое можно рассматривать как частный случай института.

С точки зрения Д. Норта и его последователей, эволюцию (историю) экономик различных стран следует трактовать с точки зрения институциональных изменений. Институты — это «правила игры» в любом обществе, ограничительные рамки, которые организуют взаимоотношения между людьми, уменьшают неопределенность этих взаимоотношений, вносят порядок в повседневную жизнь. «Институты, — пишет Д. Норт, — создают базовые структуры, с помощью которых люди на протяжении всей истории добились порядка и таким образом снизили степень своей неуверенности».[13]

Согласно Д. Норту институциональная среда эволюционирует во времени. Институциональные изменения могут возникать стихийно (тогда меняются неформальные правила игры для отдельных хозяйствующих субъектов) и сознательно, под влиянием государства, изменяющего те или иные формальные правила игры.[14]

В России происходит становление рыночного хозяйства, т.е. институциональные изменения. Причем они не вытекают из предыдущего пути развития, т.е. изменения — революционные. При этом возникают издержки трансформации.

В.М. Полтерович отмечает, что важнейший фактор трансформационных издержек — это дезорганизация.[15] Следует различать два ее аспекта.

Во-первых, в процессе реформы разрушение старой системы происходит еще до того, как проявится эффективность новой. Проявлением этого феномена дезорганизации представляется неадекватность законодательной трактовки денег и ценных бумаг их современной экономической природе. Рыночные агенты обосновываются в зарождающемся частном секторе в предвидении будущих доходов, однако лишь часть из них реализует свои ожидания, так как они могут понести потери в результате неадекватности законодательства природе современных денег и ценных бумаг.

Во-вторых, имеет место несогласованность действий различных агентов, включая государство, которое не обеспечивает рыночных агентов эффективной правовой системой в соответствии с критерием имитации рынка в праве.

Неэффективные устойчивые нормы поведения называются институциональными ловушками. К их числу относятся бартер, неплатежи, негарантирование в достаточной степени вкладов и т.п. В.М. Полтерович отмечает: «Страны с развитой рыночной экономикой имеют разные системы рыночных институтов. Каждая из них складывалась под влиянием культуры и истории той или иной страны. При заимствовании возникает опасность возникновения институционального конфликта между укоренившимися и внедряемыми нормами. Иногда институциональный конфликт приводит к появлению нежизнеспособных институтов — таких как закон о банкротстве в период кризиса неплатежей. Однако в ряде случаев появляются устойчивые, хотя и неэффективные образования — мутанты, являющиеся формой институциональной ловушки»[15]. о его мнению, «необходимо не "сильное", а "эффективное" государство. Эффективность означает развитие и поддержание механизмов выявления и интеграции общественных предпочтений, ориентацию на цели, разделяемые обществом, и способность их достижения»[15].

Экономические агенты вправе потребовать от государства создания эффективной правовой системы. Это положение обосновывается в рамках теории прав собственности, которая была предложена Д. Нортом. Государство понимается как агентство, продающее услуги в обмен на налоги: «...мы платим правительству, чтобы оно устанавливало и защищало права собственности»[16]. Создание правовой системы по защите прав собственности требует делегирования полномочий от центральной власти ее агентам. Но агенты, естественно, будут вести себя оппортунистически. Следовательно, структура и поведение бюрократии (исполнителей воли правителя) будут определяться трансакционными издержками по ее контролю.

В основе нашего исследования сущности и форм денег лежит также и методологический принцип историзма. В соответствии с данным принципом понятие «деньги» как научная категория рассматривается в историческом развитии.

Деньги возникают только тогда, когда появляются рыночные отношения, и эволюционируют вместе с ними. Развитие данной категории обусловило необходимость ее изучения и соответственно появление различных научных подходов.

В качестве методологической предпосылки нашего анализа использованы, с одной стороны, разграничение, а с другой — сходство понятий «деньги» и «ценные бумаги». Это позволяет выработать единые принципы их законодательного регулирования.

При раскрытии экономической сущности денег мы будем придерживаться следующих методологических принципов:

•  изучение сущности денег предполагает раскрытие их внутренних свойств;

•  анализ сущности денег следует начинать с их генезиса, т.е. с определения причин и предпосылок их появления;

•  вопрос о сущности денег нужно рассматривать по отношению к совокупности сделок с участием денег.

Приведенные теоретические рассуждения содержат общие положения, касающиеся методологии исследования денег и ценных бумаг в их экономических и правовых аспектах. Методологические подходы следует приложить к конкретным теоретическим проблемам, что и будет сделано в последующем изложении.


Правовые различия в обращении вещей и обязательств


> Вещь имеет свои отличительные признаки, существеннейшим из которых является выраженная вовне материальная форма вещи.

> Д.В. Мурзин[17]


Существует четкая разница между вещными правами и обязательственными. Применение норм вещного либо обязательственного права взаимоисключает друг друга.

Когда право на вещь предоставляет его носителю возможность непосредственно воздействовать на нее (когда объектом праваявляется вещь), право называется вещным. К вещным правам в Риме относились право собственности и тесно с ним связанные владение и иные права на чужие вещи.

В тех случаях, когда у субъекта отсутствует непосредственное право на вещь, а есть только право требовать от другого лица предоставления вещи, такое право называется обязательственным. Таким образом, различие между вещными и обязательственными правами проводится по объекту права: если объектом права является вещь, то перед нами право вещное; если объектом права служит действие (или воздержание от действия) другого лица, а субъект права может лишь требовать совершения условленного действия (или воздержания от действия), — это право обязательственное. Иначе говоря, определенным группам объектов гражданских прав соответствуют различные гражданские правоотношения. С этой точки зрения разграничение вещных и обязательственных прав имеет большое значение, ибо предопределяет различия в правовых режимах конкретных объектов.

К сожалению, сейчас нередки попытки смешения различных правовых режимов. Вместо возмездной уступки прав существуют попытки «купли-продажи» «бездокументарных ценных бумаг». Предпринимаются попытки рассматривать акционеров как «собственников прав» на акции и «арендовать права на недвижимость»[18].

Классификация имущественных прав на вещные и обязательственные не упоминается у римских юристов, которые говорили лишь о различии исков вещных (actiones in rem) и исков личных (actiones in personam). Разграничение же вещных и обязательственных прав было выработано юристами позднее, однако на материале, имевшемся у римских юристов. Последние тем не менее обращали внимание на то, что правовое положение лица, владеющего вещью на праве собственности, и правовое положение лица, вступившего в соглашение с собственником вещи о том, что последний обязуется передать ему вещь во временное пользование, не однородны. В первом случае собственник имеет возможность непосредственно воздействовать на вещь — пользоваться ею, уничтожить ее, передать другому лицу и т.д. (непосредственно — в смысле независимости от какого-либо другого лица).

Во втором случае права должника на вещь ограничены, во-первых, сроком пользования, о котором он договорился с собственником (либо моментом востребования вещи последним, если конкретный срок не был предусмотрен), и, во-вторых, необходимостью вернуть вещь (т.е. он не может уничтожить или продать ее).

Принципиальная разница между передачей права собственности (установлением сервитута) и принятием лицом обязательства передать вещь в собственность (исполнить иное действие) заключается в том, что обязательство одного лица предоставить другому в собственность известную вещь не создает непосредственно для другого лица права собственности на данную вещь. Только в результате исполнения такого обязательства и при наличии других необходимых условий лицо, получившее вещь, станет ее собственником. Непосредственно же из обязательства возникает только право требования передачи вещи. Поэтому лицо, купившее вещь, еще не становится ее собственником даже при условии уплаты покупной цены. Это лицо имеет лишь право требовать передачи ему вещи, а собственником оно станет только после фактической передачи вещи и при условии, что передавший вещь имел на нее право собственности.

Таким образом, различие вещных и обязательственных прав, принятое в современном гражданском праве, мы (условно) находим и у римских юристов. Из такого различия по объекту права следует то различие в защите, которое римские юристы выражали противопоставлением вещных и личных исков. Современная юриспруденция для выражения той же идеи выработала две категории прав: абсолютные и относительные (табл. 1).

Эта идея основана на аксиоме: правоотношения по принадлежности материальных благ конкретным лицам носят абсолютный характер — управомоченное лицо в них как бы противостоит неопределенному кругу лиц (всем иным лицам), обязанных воздерживаться от всяких неправомерных посягательств на его имущество и не препятствовать ему осуществлять свои права. Римские юристы считали также, что, поскольку вещное право имеет объектом телесный предмет, а на него может посягнуть каждый, вещное право должно защищаться от всякого нарушителя права, кто бы им ни оказался; вещное право пользуется абсолютной защитой через вещный иск.


По обязательственному праву лицо может требовать от одного лица или нескольких точно определенных лиц совершения известного действия. Поэтому нарушители обязательственного права — это одно лицо или несколько конкретных лиц, против которых субъект права может предъявить личный иск. Здесь защита обязательственного права имеет относительный характер.

Вещь материальна, и, передав ее в аренду, собственник не теряет права собственности на нее. При передаче же неощущаемого и нематериального права требования кредитор просто «выбывает из игры», перестает соотноситься с этим правом, полностью выходит из правоотношения.

И в римском, и в современном гражданском праве обязательственное правоотношение с самого начала рассчитано на его нормальное прекращение путем исполнения определенного действия в определенный срок. Этим оно отличается от права собственности, устанавливаемого на неопределенное, длительное время. В тех случаях, когда должник добровольно не исполняет своей обязанности, кредитору предоставляется легитимное, т.е. законодательно установленное, средство принудительного осуществления своего права требования. Таким средством принуждения должника к удовлетворению требований кредитора по обязательству в Риме являлся личный иск и принудительное взыскание. Древнеримские юристы и определяли должника как лицо, с которого можно взыскать против его воли.

Нормы права представляют собой особого рода суждения. Их содержание отражает волю законодателя с той обязательностью к исполнению, сомнения в которой не возникает. В этом смысле правовые нормы являются истинными суждениями. Но суждение с внутренней необходимостью переходит в умозаключение, которое служит для оправдания суждения. «Переход суждения в умозаключение как в оправдывающее его основание есть синтетическая связь, определенная субординация, которая и является логическим развитием»[19].

Положения, возникшие в ходе логического развития нормативных суждений, очевидно, также не должны вызывать сомнений относительно заключенной в них воли. Воля и намерение законодателя, развиваемые цепной реакцией «суждение — умозаключение — суждение», столь же достоверны, как их первоначальный элемент — норма права, хотя при этом мы всегда должны исходить из того, что при издании нормативного акта законодатель продумал все его логические и фактические последствия, выводы, к которым может прийти орган, применяющий право.

Исходя из определений:

•  вещь — это объект материального мира;

•  обязательство — это право требования к определенной личности произвести определенные действия или отказаться от них.

Право требования — нематериально, вещь — материальна.

Говоря на языке логики, множества объектов-вещей и объектов-обязательств не пересекаются или применение норм вещного либо обязательственного права взаимоисключает друг друга.


Соответственно, применить правила обращения с вещами к обязательствам невозможно. Разве можно иметь право собственности на право требования? Разве можно отдать кому бы то ни было право «попользоваться» правом требования? Е.А. Суханов считает, что «объекты права собственности — узкое понятие, охватывающее только вещи, т.е. предметы материального мира»[20].

Право требования либо есть, либо его нет. Его можно передать, но «пользоваться» одновременно нескольким лицам таким правом невозможно, поскольку это влечет удвоение прав и корреспондирующих им обязательств без соглашения с кредитором по обязательству.

Дуализм права собственности и обязательственного права вызван абсолютным нетождеством вещи и человека.

Налицо принципиальные различия в обращении вещей и обязательств.

Права собственности, владения, держания, распоряжения на право требования существовать не могут, так как нет материальной вещи.

Вещные иски неприменимы к обязательствам, а иски о принуждении (воздействии) исполнения неприменимы к вещам, так как вещи ни к чему нельзя принудить — они не духовны.

В институционализме и неоинституционализме господствует выраженная Коузом позиция, что на рынке обращаются не сами материальные блага, а пучки прав на них, и именно эти пучки прав раскрывают истинные отношения между хозяйствующими субъектами по поводу материальных благ.

Рассмотрим примеры образования пучков прав при займе денег как обязательств и как вещей.

Пример образования пучка прав при займе денег как обязательств.

Допустим, некий X занял у Y 100 долл. США в безналичной форме сроком на пять дней и потерял их на второй день. На третий день Х занял у Z 80 евро в безналичной форме сроком на один год (принимая курс 1 долл. = 0,8 евро). На шестой день имеются следующие правоотношения — пучок прав (рис. 1):

1) обязательственное — Х обязан уплатить 7100 долл. США в безналичной форме немедленно;

2) обязательственное — Х  обязан уплатить Z 80 евро в безналичной форме через 360 дней;

3) обязательственное — банк X обязан уплатить по первому требованию 80 евро в безналичной форме.

Защищая свое право, У имеет право требовать удовлетворения из актива Х, выражающегося в форме права немедленного требования к банку на 80 евро, которые судебный исполнитель по решению суда силой принуждения изымает у банка Х и передает в банк Y.


Рис. 1. Правоотношения, возникающие при займе денег как обязательств


Пример образования денег как вещей.

Допустим, некий Х занял у 71 кг золота в форме индивидуально определенного слитка с клеймом 7 сроком на пять дней и потерял его на второй день. На третий день Х занял у Z 10 кг серебра в форме индивидуально определенного слитка с клеймом Z сроком на один год (принимая курс 1 кг золота = 10 кг серебра). На шестой день, когда подошел срок уплаты X, имеются следующие правоотношения — пучок прав (рис. 2):

1) вещное — Y имеет право собственности на 1 кг золота в форме индивидуально определенного слитка с клеймом Y;

2) обязательственное — Х обязан отдать 71 кг золота в форме индивидуально определенного слитка с клеймом 7 немедленно, поскольку срок временного владения и пользования истек;

3) вещное — Z имеет право собственности на 10 кг серебра в форме индивидуально определенного слитка с клеймом Z;

4) вещное — X имеет права владения и пользования на 10 кг серебра в форме индивидуально определенного слитка с клеймом Z на 360 дней;

5) обязательственное — Х обязан отдать Z 10 кг серебра в форме индивидуально определенного слитка с клеймом Z через 360 дней.


Рис. 2. Правоотношения, возникающие при займе денег как вещей


Защищая свое право, У не имеет права требовать удовлетворения из актива X, выражающегося в форме 10 кг серебра в форме индивидуально определенного слитка с клеймом Z, поскольку право собственности на эти 10 кг серебра принадлежат только Z и никто, кроме собственника, не имеет права изымать эту вещь у Х[21].

Эти примеры демонстрируют формирование разных пучков прав и разницу обращения денег, имеющих вещную и обязательственную форму, таким образом доказывая тот факт, что для разных форм денег существуют различные правила обращения.


### Часть II. ЦЕННЫЕ БУМАГИ


Определение проблемы


Необходимо заметить, что рассмотрение сущности и природы ценных бумаг выполняется исключительно для дальнейшего использования в определении сущности и природы таких видов денег, как банкноты и монеты с номинальной стоимостью.

В действующем российском законодательстве нет однозначного определения понятий «деньги» и «ценные бумаги». Нет и точного указания на то, какие права — вещные или обязательственные — должны применяться по отношению к ним. Хотя ст. 128 ГК РФ гласит, что «к объектам гражданских прав относятся вещи, включая деньги и ценные бумаги...», в текстах ГК РФ и других законов можно найти немало положений, противоречащих данной норме.

Приведем несколько примеров.

1. В комментарии к ст. 128 ГК РФ сказано, что «вещи — материальные объекты внешнего мира»[22]. Из данного комментария следует, что так называемые безналичные деньги и бездокументарные ценные бумаги, определенные ст. 149 ГК РФ, которые не существуют в материальной форме, именно по этой причине вещами являться не могут. Но, с другой стороны, ст. 128 ГК РФ не делает различий между бумажными ценными бумагами и бездокументарными, относя и те и другие к вещам, что неверно.

2. Пункт 3 ст. 302 ГК РФ отрицает возможность использования виндикационного иска в отношении денег и ценных бумаг на предъявителя: «Деньги, а также ценные бумаги на предъявителя не могут быть истребованы от добросовестного приобретателя». Но по закону любое право собственности защищается виндикационным иском. Получается, что на деньги и ценные бумаги на предъявителя не распространяется один из самых важных вещных исков, что заставляет усомниться в правильности отнесения их к категории вещей.

3. Пункт 2 ст. 144 ГК РФ гласит: «Отсутствие обязательных реквизитов ценной бумаги или несоответствие ценной бумаги установленной для нее форме влечет ее ничтожность». Но как вещь может быть ничтожной? Это понятие применимо только к обязательству.

4. В п. 2 ст. 147 ГК РФ утверждается: «Отказ от исполнения обязательства, удостоверенного ценной бумагой, со ссылкой на отсутствие основания обязательства либо на его недействительность не допускается». Это прямое указание на обязательственную, а не вещную природу ценной бумаги.

5. В ст. 816 ГК РФ сказано: «В случаях, предусмотренных законом или иными правовыми актами, договор займа может быть заключен путем выпуска и продажи облигаций». Это доказывает договорную (обязательственную), а не вещную природу ценной бумаги.

6. Если ценная бумага (ЦБ) есть вещь (согласно ст. 128 ГК РФ), а акция является ценной бумагой (согласно ст. 143 ГК РФ), то акция — вещь.

Однако ст. 48 ГК РФ определяет отношения участников к имуществу хозяйственного общества как обязательственные.

7. Если вексель (Вк) — ценная бумага (согласно ст. 143 ГК РФ) и вексель — обязательство (согласно Конвенции о единообразном законе о переводном и простом векселе и ст. 815 ГК РФ), что некоторые ценные бумаги есть обязательства, что противоречит ст. 128 ГК РФ, относящей ценные бумаги к вещам.

Поскольку правила международного договора имеют приоритет над правилами внутреннего закона (п. 4 ст. 15 Конституции РФ, ст. 815 ГК РФ), то ст. 128 ГК РФ противоречит законодательству в части отнесения векселей как ценных бумаг к вещам.

Проводя логическое доказательство, можно утверждать (Вк — вексель, ЦБ — ценные бумаги):

т.е. вексель входит во множество обязательств (источник — Конвенция о единообразном законе о переводном и простом векселе);

т.е. вексель входит во множество ценных бумаг; следовательно,

т.е. множества обязательств и ценных бумаг пересекаются; следовательно, по индукции

т.е. существуют такие ценные бумаги, которые входят во множество обязательств (являются обязательствами) и

т.е. существуют такие обязательства, которые входят во множество ценных бумаг (являются обязательствами).


Но исходя из ст. 128 ГК РФ:


т.е. любая ценная бумага входит во множество вещей (есть вещь).

Тогда из того, что

и


следует:

т.е. существуют обязательства, входящие во множество вещей, что противоречит следующему:


т.е. любое обязательство не входит во множество вещей (см. утверждение (3)).

Тогда мы видим, что (4) противоречит (9), а при коллизии (4) выше, чем (9).

Следовательно, утверждение (9) ложно.


8. Зная же, что безналичные деньги — обязательство, а не вещь, получим логические суждения:

•  собственность — только вещная категория;

•  при займе (ст. 807 ГК РФ) деньги переходят в собственность заемщика;


_________по дедукции_________


ст. 807 ГК РФ (заем) регулирует только заем вещи (не обязательства);

безналичные деньги — не вещь (обязательство);


_________по дедукции_________


ст. 807 ГК РФ (заем) не регулирует отношения с безналичными деньгами

и

•  собственность — только вещная категория;

при коммерческом кредите (ст. 823 ГК РФ) деньги переходят в собственность другой стороны;


_________по дедукции_________


ст. 823 ГК РФ (коммерческий кредит) регулирует только коммерческий кредит вещи;

ст. 823 ГК РФ (коммерческий кредит) не регулирует коммерческий кредит безналичных денег.


9. Почему договор (контракт) займа — обязательство, а облигация — вещь? Ведь они выражают практически одно и то же содержание, различаясь лишь по форме.

10. Проследив историю развития литеральных контрактов (расписок), увидим, что развитие оборота трансформировало их в векселя. Но в римском праве литеральные контракты относились к обязательственному праву, а ГК РФ относит векселя (как вид ценной бумаги) к вещному праву.

Какие все-таки права и иски можно применять по отношению к ценным бумагам? Если вещные, то это значит, что существует право собственности на ценные бумаги и к ним можно применять вещные иски. Если же признать ценные бумаги обязательством, то получится, что право собственности и вещные иски к ценным бумагам неприменимы, зато применимы права требования и иски, присущие обязательствам.


Определения ценной бумаги в зарубежном законодательстве


> Понятие о ценных бумагах не успело до сих пор выясниться ни в жизни, ни в науке, ни в законодательстве.

> Г.Ф. Шершеневич

В Common Low нет четко данного определения сущности ценной бумаги, приводятся лишь объединительные понятия ценных бумаг.


Англия

«Ценные бумаги» (securities) означают биржевые бумаги, фондовые ценности и акции (Закон о учреждении прав на недвижимость (Settled Land Act), 1925, п. 117).

«Ценные бумаги» применительно к юридическому лицу означают все виды акций, акционерного капитала, облигаций, привилегированных акций и других ценных бумаг аналогичного типа, использующихся юридическими лицами (Закон о транспорте (TransportAct), 1962, п. 92).

Под «ценными бумагами» понимаются акции, акционерный капитал, облигации, привилегированные акции, ссудный капитал, долговые обязательства, пай коллективной инвестиционной схемы, согласно положениям Закона о финансовых услугах (Financial ServicesAct) от 1986 г., и другие виды ценных бумаг (Закон о передаче акций (Stock Transfer Act), 1963, п. 4, с учетом положений Закона о финансовых услугах (Financial ServicesAct), 1986).

«Основное значение выражения "ценные бумаги" (securities) не вызывает сомнений. Под ним понимается долговое обязательство или требование долга, погашение которого обеспечено определенным образом. Обеспечение долга обычно включает право обращения к тому или иному фонду либо имуществу в целях погашения задолженности, хотя в этом случае мы не можем исключить и других форм долговых обязательств (в частности, гарантий, предоставляемых физическим лицом). Тем не менее в каждом конкретном случае использование слова или словосочетания в его основном значении предусматривает ту или иную форму обеспеченного обязательства». (Singer v Williams [1921] AC 41, 49, HNL, per Viscount Cave).

США

Под термином «ценная бумага» понимаются все виды долговых обязательств, акционерного капитала, казначейских акций, поручительств, долговых документов, сертификатов, удостоверяющих долю владельца в доходах фирмы или участие в каких-либо соглашениях о разделе прибыли, сертификатов об обеспечении ценными бумагами других компаний, сертификатов о предварительных соглашениях или подписных сертификатов (временных свидетельств о подписке), перемещаемых акций, инвестиционных контрактов, сертификатов голосующего траста, неделимого долевого участия в отношении прав на добычу нефти, газа и других полезных ископаемых либо все виды процентов или платежных средств в целом, известных под названием «обеспечение долга», либо сертификатов, удостоверяющих долю владельца в доходах фирмы или его участие в каких-либо временных свидетельствах, расписках в получении, гарантиях или правах на подписку либо приобретение любых вышеуказанных обязательств (Закон о ценных бумагах (Securities Act), 1933, п. 2 (1)).

Невнятное определение сущности ценной бумаги содаржится лишь в Едином торговом кодексе США (п. «с» ст. 8-102):

«Ценная бумага — это либо документарная, либо бездокументарная ценная бумага. Если ценная бумага является документарной, термины "ценная бумага" и "документарная ценная бумага" могут обозначать либо дематериализованный (intangible) имущественный интерес, либо документ, представляющий такой интерес, либо и то и другое, если это вытекает из контекста».

Гражданское уложение Германии и Торговое уложение Германии не содержат четкого определения ценной бумаги.

И более менее приличное определение сущности ценной бумаги нашлось только в Кодексе обязательного права Швейцарской Конфедерации (ст. 965)[23]:

«Является ценной бумагой любой документ, с которым право связано таким образом, что на него нельзя претендовать и его нельзя передавать другим без данного документа».


Ценные бумаги как экономическая категория и их законодательная трактовка


> Вещи — это не просто материальные предметы, а материальные предметы, источник ценности которых — их естественные полезные свойства. Источник ценности документов[24] (в том числе ценных бумаг] — информация, т.е. социальные качества, а не естественные.

> В.А. Белов


Возникновение ценных бумаг как особого объекта имущественного оборота связывают с тем историческим периодом, когда люди, получив необходимость перемещать большие количества товаров и денег, столкнулись с отсутствием экономически оправдавшего себя способа такого перемещения.

Выход нашли юристы, уже в VI—V вв. до н.э. догадавшиеся превратить сами документы, удостоверяющие конкретные сделки, в особого рода товар, особую систему ценностей, не совпадающих ни с товарами в собственном смысле слова, ни с деньгами. До тех пор пока документы о сделках выполнялись на глиняных и восковых табличках, папирусе или пергаменте, они не получали широкого распространения.

В VI в. в Китае была изобретена бумага, а в IX—X вв. рецепт ее становится известным в Западной Европе. Именно там, в условиях натурального хозяйства и феодальной раздробленности, чрезвычайно далеких от рыночного хозяйствования, выполненные на бумаге документы по конкретным сделкам получили всеобщее признание и распространение как особые объекты экономического оборота.

Виды ценных бумаг

Ценные бумаги — это акции, облигации, векселя и другие (в том числе производные от них) удостоверения имущественных прав (прав на ресурсы), обособившиеся от своей основы, признанные в таком качестве законодательством.

Федеральный закон от 29 апреля 1996 г. № 39-ФЗ «О рынке ценных бумаг» определяет, что «...ценная бумага... характеризуется... следующими признаками: закрепляет совокупность имущественных и неимущественных прав, подлежащих удостоверению, уступке и безусловному осуществлению с соблюдением установленных настоящим Федеральным законом формы и порядка».

Определение ценной бумаги содержится также в ст. 142 ГК РФ: «Ценной бумагой является документ[25], удостоверяющий... имущественные права...»

Но из этого следует наличие ошибки в ст. 128 ГК РФ, относящей ценные бумаги к вещам, так как документ, являющийся отражением закрепленного в нем обязательственного права, есть обязательство, но не вещь.

В п. 2 ст. 147 ГК РФ прямо указано на обязательственную природу ценных бумаг: «Отказ от исполнения обязательства, удостоверенного ценной бумагой, со ссылкой на отсутствие основания обязательства либо на его недействительность не допускается».

Под вещами же понимаются материальные объекты внешнего мира. К ним относятся как предметы материальной и духовной культуры, т.е. продукты человеческого труда, так и предметы, созданные самой природой и используемые людьми в своей жизнедеятельности, — земля, полезные ископаемые, растения и т.п.

Важнейший признак вещей, благодаря которому они и становятся объектами гражданских прав, заключается в их способности удовлетворять те или иные потребности людей.

Каждому типу правоотношений с различными видами имущества, как правило, соответствует свой вид ценной бумаги, который в свою очередь может участвовать в гражданском обороте (табл. 2).


Существуют десятки разновидностей ценных бумаг. Они отличаются закрепленными в них правами и обязательствами кредитора (покупателя ценной бумаги) и эмитента (того, кто выпускает ценные бумаги). При этом далеко не все из них имеют особенности при отражении в бухгалтерском учете (можно выделить несколько типов ценных бумаг, имеющих сходные черты).

В соответствии со ст. 143 ГК РФ к ценным бумагам относятся:

1) государственная облигация;

2) облигация;

3) вексель;

4) чек;

5) депозитный и сберегательный сертификаты;

6) банковская сберегательная книжка на предъявителя;

7) коносамент;

8) акция;

9) приватизационные ценные бумаги;

10) другие документы, которые законами о ценных бумагах или в установленном ими порядке отнесены к числу ценных бумаг.

Облигация — это ценная бумага, удостоверяющая право ее держателя на получение от лица, выпустившего облигацию, в предусмотренный ею срок номинальной стоимости облигации или иного имущественного эквивалента. Облигация предоставляет ее держателю также право на получение фиксированного в ней процента от номинальной стоимости облигации либо иные имущественные права (ст. 816 ГК РФ). Облигация может предусматривать иные имущественные права ее держателя, если это не противоречит законодательству Российской Федерации. Облигации могут выпускаться государством, а также частными компаниями с целью привлечения заемного капитала (ст. 2 Федерального закона от 22 апреля 1996 г. № 39-ФЗ «О рынке ценных бумаг»). Облигации, обеспеченные закладной, дают их держателям дополнительную гарантию от потери своих средств, поскольку закладная дает право держателю облигаций продавать заложенное имущество в случае, если предприятие не в состоянии осуществить надлежащие платежи. Однако существуют и беззакладные облигации, представляющие собой долговые обязательства, основанные лишь на доверии к кредитоспособности предприятия, но не обеспеченные каким-либо имуществом. Выпускают такие облигации предприятия с устойчивым финансовым положением.

Вексель — это документ, удостоверяющий ничем не обусловленное обязательство векселедателя (простой вексель) либо иного указанного в векселе плательщика (переводной вексель) выплатить по наступлении предусмотренного векселем срока полученные взаймы денежные суммы (ст. 815 ГК РФ).

Чек — это ценная бумага, содержащая ничем не обусловленное распоряжение чекодателя банку произвести платеж указанной в нем суммы чекодержателю. В качестве плательщика по чеку может быть указан только банк, где чекодатель имеет средства, которыми он вправе распоряжаться путем выставления чеков (ст. 877 ГК РФ).

Сберегательный (депозитный) сертификат — это ценная бумага, удостоверяющая сумму вклада, внесенного в банк, и права вкладчика (держателя сертификата) на получение по истечении установленного срока суммы вклада и обусловленных в сертификате процентов в банке, выдавшем сертификат, или в любом филиале этого банка. Сберегательные (депозитные) сертификаты могут быть предъявительскими или именными. В случае досрочного предъявления сберегательного (депозитного) сертификата к оплате банком выплачиваются сумма вклада и проценты по вкладам до востребования, если условиями сертификата не установлен иной размер процентов (ст. 844 ГК РФ).

Акция — это эмиссионная ценная бумага, закрепляющая права ее владельца (акционера) на получение части прибыли акционерного общества в виде дивидендов, на участие в управлении акционерным обществом и на часть имущества, остающегося после его ликвидации (ст. 2 Федерального закона «О рынке ценных бумаг»).

Существует также целый ряд вторичных ценных бумаг, закрепляющих права и обязанности эмитента и инвестора по совершению определенных операций с ценными бумагами. К таким ценным бумагам относятся опционы, фьючерсы, индексы.

Опцион — это краткосрочная ценная бумага, дающая право ее владельцу купить или продать другую ценную бумагу в течение определенного периода по определенной цене контрагенту, который за денежную премию принимает на себя обязательство реализовать это право.

Финансовые фьючерсы — это стандартные краткосрочные контракты на покупку или продажу определенной ценной бумаги по определенной цене на определенную будущую дату. Если владелец опциона может отказаться от реализации своего права, потеряв при этом денежную премию, которую он выплатил контрагенту, то фьючерсная сделка является обязательной для последующего исполнения.

Признаки ценных бумаг

В соответствии с законом и обычаями делового оборота в качестве ценной бумаги обычно признается документ, удостоверяющий права на имущество и отвечающий следующим требованиям:

• обращаемость;

• доступность для гражданского оборота;

• унифицированность формы и реквизитов. Обращаемость — это способность ценной бумаги самостоятельно участвовать в гражданско-правовых сделках по упрощенной процедуре, например путем совершения индоссамента или простой передачи предъявительской ценной бумаги (ст. 146 ГК РФ).

Обращаемость указывает на то, что ценная бумага существует как особый товар, который, следовательно, должен иметь свой

рынок с присущей ему организацией, правилами работы на нем и т.д. Должны в основной массе принадлежать рынку, быть товарами и те ресурсы, отражением прав на которые являются ценные бумаги.

Доступность для гражданского оборота означает, что ценная бумага должна отображать права на имущество. Например, ограничен товарооборот оружия, лекарственных препаратов и т.д..

Унифицированность означает, что ценная бумага должна иметь четко унифицированные реквизиты, определенные законом (номинал, место выпуска и т.п.). Именно это упрощает обращение товара и придает обращению государственную защиту.


Н.О. Нерсесов о ценных бумагах


Основоположник российской теории ценных бумаг Н.О. Нерсесов писал в конце XIX в.:

«Бумаги на предъявителя (Inhaberpapiere, les titres аи porteur) составляют один из видов ценных бумаг. Поэтому считаем полезным изложению учения о бумагах на предъявителя предпослать несколько предварительных слов о юридической природе ценных бумаг вообще. Самый термин "ценные бумаги" (Werthpapiere, les valeurs или les effets) до сих пор не имеет точного определения ни на разговорном языке, ни в законодательстве. Употребляются и другие термины для обозначения понятия ценных бумаг, таковы: процентные, кредитные, денежные, товарные бумаги. Но все они не отличаются точностью. Не всякая ценная бумага приносит определенный процент, как, например, коносамент, фактура, варрант, билеты на проезд по железным дорогам и на пароходах, билеты для входа в театр, концерты и т.п. Другими словами, не всякая ценная бумага процентная. Далее, не все ценные бумаги основаны исключительно на обязательстве, т.е. не все они предоставляют законному владельцу право требования с определенного должника; таковы, например, акции. Следовательно, термин "кредитные бумаги" обнимает не все виды ценных бумаг.

Есть множество ценных бумаг, предмет которых не есть определенная денежная сумма, а какая-либо вещь — таковы все традиционные бумаги: коносамент, фактура, варрант; поэтому несостоятелен термин "денежные бумаги". Наконец, не всякая ценная бумага есть в то же время предмет торгового оборота, как, например, марки обеденные, театральные и т.п.; таким образом, оказывается неточным и термин "торговые бумаги".

В юридической литературе термин "ценные бумаги" получил довольно широкое употребление, особливо со второй половины нынешнего (XIX — Примеч. ред.) столетия. Но юристы далеко расходятся между собой в вопросе о понятии этих бумаг. Одни ограничивают понятие ценных бумаг ордерными и безыменными бумагами; другие причисляют к ним и именные бумаги (Rectapapiere), как, например, именные акции. Некоторые исключают из понятия ценных бумаг пассажирские билеты, обеденные марки, билеты для входа на публичные зрелища и т.п. Комментатор общегерманского торгового уложения Hahn причисляет к ценным бумагам даже бумажные деньги, почтовые марки. Известный коммерциалист Thol считает ценными бумагами всякие документы с имущественно-правовым содержанием, так что к ценным бумагам он причисляет фрахтовое письмо, маклерскую записку, заемное обязательство. Endemann считает ценные бумаги за представителей ценностей (Werthtrager). Бумага, говорит он, имеет не реальную ценность в самой себе, наподобие всякой другой телесной вещи, а является носителем ценности. Ценность основана на уверенности, что должник (выдаватель бумаги) исполнит обещанное. Следовательно, ценность подобных документов основывается на кредите. К ценным бумагам он относит, между прочим, и государственные бумажные деньги, которые суть также представители ценности, так как заключают в себе возможность реализации (обмена на металлические деньги) в будущем.

Наиболее распространенное определение то, что ценные бумаги суть воплощенное в документе обязательство (Verkorperte Forde-rungsrechte).

Против этого определения восстает Вгиппег. Он говорит, что права не могут иметь тела, в котором они воплощаются. Следуя этой теории, необходимо различать телесные и бестелесные права (Korperliche und unkurperliche Rechte). Но это замечание Брун-нера является скорее остроумным, чем правильным по существу. Говоря, что обязательство воплощается в бумаге, юристы имеют в виду указать на тесную связь права с документом, на существенное значение этого последнего для права, из него вытекающего, то, что высказывается и самим Бруннером на последующих страницах.

Сравнительно большею точностью отличается определение Knies'a. Разобрав отличительные признаки ценных бумаг, он приходит, наконец, к следующему описательному определению: ценная бумага имеет место, когда какое-либо право так тесно связано с документом, что владелец его может требовать осуществления от противной стороны. Как собственность на вещь переходит путем экстрадиции самой вещи, так право требования определенной денежной суммы или определенной вещи, находящейся в чужом владении, переходит посредством передачи ценной бумаги, содержание которой составляет упомянутая денежная сумма или вещь.

Подобное разногласие во мнениях происходит вследствие отсутствия точного определения юридической природы ценных бумаг. Большинство юристов или не останавливаются вовсе на этом вопросе, или же дают не совсем точные определения.

Существенные признаки ценных бумаг

Вместо того чтобы дать определение ценным бумагам в нескольких словах, укажем на их существенные признаки.

Ценные бумаги становятся таковыми вследствие права, заключающегося в документе. Бумага сама по себе не имеет ценности (не считая, понятно, материала); делается же ценной лишь благодаря тому праву, выражением которого она является. Следовательно, сущность ценных бумаг заключается в той связи, которая существует между данным правом и документом.

Итак, первый существенный момент в понятии ценных бумаг тот, что они суть документы о частных правах[26]. Документ в сфере гражданского права может иметь троякое значение: в вопросе об установлении права, передаче или осуществлении его. Документ, посредством которого устанавливается право, может иметь, в свою очередь, двоякое значение: или он служит простым средством доказательства, внешней формой данного юридического акта, или же он имеет существенное значение для возникновения данного права (corpus negotii), так что без документа нет и права. Для понятия ценных бумаг необходимо, чтобы право находилось в тесной связи с бумагой, чтобы владение документом считалось необходимым условием для достижения той цели, ради которой служит документ. Отсюда вытекает, что документ как простое средство доказательства установления данного правоотношения не может считаться ценной бумагой, если только осуществление или передача права не обусловлены владением документа.

Таким образом, для понятия ценной бумаги необходимо, чтобы документ имел существенное значение или для возникновения, или для передачи, или для осуществления данного права.

Ценные бумаги возникают по преимуществу в интересах облегчения передаваемости или осуществления права, но можно указать и на такой вид ценных бумаг, в которых отсутствует момент цир-кулируемости их в обороте. Таковы, например, именные акции, переход которых совершается приблизительно по началам cessio. Несмотря на это, они суть ценные бумаги, потому что владение документом считается существенным моментом в вопросе о пользовании правом, связанным с данной акцией. То же можно сказать и про другие виды именных бумаг торгового оборота (Recta-papiere).

Указанный выше существенный момент понятия ценных бумаг (с владением документа начинается осуществление прав по нему) обусловливает следующие логические последствия.

1. Свойство кредитора по ценным бумагам основывается на моменте формальной легитимации, т.е. кредитором считается тот, кто имеет собственность на документ, а собственность, в свою очередь, обусловливается добросовестным владением документа. Добросовестное владение является здесь неопровержимым предположением права собственности (praesumptio juris et de jure). Должник, исполняя обязательства в лице владельца, освобождается от дальнейшей ответственности, хотя бы впоследствии оказалось, что документ перешел к владельцу не от собственника. Этот последний имеет только личный иск к непосредственному нарушителю его прав. Например, депозитарий продал находящиеся у него на хранении бумаги на предъявителя или получил по ним удовлетворение от должника. В первом случае на добросовестного приобретателя переносится право собственности на документ и связанные с ним права, а во втором — должник окончательно освобождается от дальнейшей ответственности. Депонент же, чьи интересы были нарушены подобными действиями депозитария, может искать убытки только от этого последнего как непосредственного нарушителя его прав.

2. Ценные бумаги не могут подлежать виндикации по началам гражданского права. Самое применение виндикации к ценным бумагам имеет некоторое иное значение, так как цель подобного виндикационного иска есть не возвращение документа как такового, а приобретение права, тесно связанного с ним. Впрочем, ригоризм этого положения смягчается специальными постановлениями положительных законодательств.

3. В случае потери или уничтожения документа должно прекратиться и самое право, с ним связанное. Положительные законодательства дают возможность в подобных случаях восстанов-лять прежнее состояние посредством амортизации или погашения утерянного документа и выдачей взамен его дубликата.

4. Владение документом считается необходимым условием и при передаче права по нему, безразлично, идет ли речь о передаче права собственности или об установлении закладного права»[27].


Ценные бумаги как односторонние контракты


По своей сути ценная бумага есть не что иное, как односторонний контракт[28], заключенный в единственном экземпляре, в котором одна из сторон может быть изменена без согласия другой стороны (свободно обращаемое обязательство). «Отметим, что обращаемость — очень важная юридическая характеристика. Отличие обращающейся ценной бумаги (облигации, векселя) от простой уступки долга заключается в отсутствии таких формальностей, как уведомление должника. Покупатель добросовестно, на возмездных началах, приобретает законный титул держателя на обращаемую ценную бумагу, свободную от каких-либо дефектов. По контрасту, простой цедент долга получает только такой титул, каким фактически обладал цессионарий, и подвергается любым искам третьих сторон.

Обращаемость, таким образом, обеспечивает «чистые» отношения между каждым последующим держателем ценной бумаги и эмитентом»[29].

В подтверждение этой теоретической предпосылки об обращаемости ГК РФ утверждает, что не могут удостоверяться ценной бумагой права, неразрывно связанные с личностью кредитора,

в частности требования об алиментах и о возмещении вреда, причиненного жизни и здоровью.

Иеринг утверждает, что бумага на предъявителя есть лишь юридически обеспеченное средство к установлению (Begrundung) обязательства[30].

Нерсесов приводит теорию одностороннего обещания как источника ценных бумаг на предъявителя: «Ценные бумаги возникают благодаря односторонней деятельности должника. Этот последний изготовляет бумагу, подписывает ее и таким образом создает новую ценность. Условия действительности ценной бумаги должны быть обслуживаемы исключительно по личности должника. Но документ, пока он находится в руках должника, не имеет цены, он есть только кусок бумаги, ценность же получает документ лишь с переходом в руки другого. Воля этого последнего (приобретателя) является привходящей и играет субсидиарную роль, или, вернее, этот второй момент является условием (conditio), при котором данная ценная бумага получает юридическое действие. Таким образом, документ как таковой считается действительным благодаря воле должника, односторонне в нем выраженной, но практическое действие его парализировано до тех пор, пока не перейдет в руки приобретателя»[30].


Эволюция контрактов в ценные бумаги


Особого внимания заслуживает то, что подобные контракты — сугубо односторонние и в них эмитент всегда выдает обязательство, а держатель всегда является «кредитором». Необходимо отметить, что реальные контракты такого типа могут быть сразу оформлены в виде ценной бумаги, а консенсуальные приведены к такому оформлению в результате выполнения «креди-тором»-держателем своего (обычно первого) обязательства.

Наши рассуждения можно привести к графической схеме (рис. 3), из которой следует, что:

• акция представляет собой документ, оформляющий реальный контракт объединения капиталов после внесения акционером денег или иных ценностей, в котором сторона-акционер может изменяться без согласия стороны (эмитента) — юридического лица в виде акционерного общества;

• облигация — реальный контракт займа родовых объектов — денег, где сторона-кредитор может изменяться без согласия стороны-заемщика (эмитента);

• варрант — реальный контракт хранения, где сторона-варран-тодержатель может изменяться без согласия стороны (эмитен-та)-варрантодателя;

• коносамент по своей сути — «транспортный» контракт хранения, отличие которого от варранта заключается в том, что местом хранения является транспортный объект (судно, поезд, самолет и т.д.), движущийся во времени и пространстве;

• вексель — абстрактный литеральный контракт, где сторона-векселедержатель (кредитор) может изменяться без согласия стороны-векселедателя (эмитента) путем индоссамента, а сторона-заемщик может изменяться без согласия стороны-векселедержателя путем акцепта (иногда аваля).

В подтверждение этого в разделе IV «Отдельные виды обязательств» ГК РФ указано, что ценными бумагами удостоверяются имущественные права, вытекающие из договоров займа (ст. 815— 817), банковского вклада (ст. 844), расчета чеками (ст. 877) и хранения на товарном складе (ст. 912)


Необходимо отметить, что права, удостоверенные ценной бумагой, никогда не бывают вещными, а всегда имеют обязательственную природу, поскольку определяют правоотношение между двумя лицами.

«Бумаги на предъявителя суть литеральные контракты современного права»[31].

«Переводный вексель, assignatio и тому подобные правовые отношения, признаваемые и нашим законодательством, доказывают возможность приобретения посторонним лицом права требования из договора, заключенного другими»[31].

Появление ценных бумаг упростило удостоверение принадлежности прав определенному субъекту (легитимацию). Легитимация с помощью ценной бумаги должна осуществляться исключительно формальными способами, что обязывает не принимать во внимание какие-либо иные обстоятельства, даже порочащие обладателя бумаги (в этом заключается свойство публичной достоверности ценной бумаги). Должник по ценной бумаге не вправе проверять, является ли его кредитором лицо, требующее исполнения. Чтобы освободиться от обязанности по ценной бумаге, должнику необходимо совершить исполнение тому, кто отвечает официально установленным формальным признакам.

Так, правомочия по предъявительской ценной бумаге принадлежали фактическому ее обладателю, а правомочия по именной и ордерной ценным бумагам — обладателю соответствующего документа с указанием владельца в качестве первого приобретателя либо индоссата (первоначально именные бумаги, как правило, могли передаваться с помощью индоссаментов на общих основаниях с ордерными бумагами). Поэтому для передачи прав нужно было лишь выполнить процедуру, необходимую и достаточную для дальнейшей легитимации приобретателя прав перед должником по ценной бумаге. Такая передача могла осуществляться путем простого вручения документа (ценной бумаги с индоссаментом или без такового) приобретателю прав.


Предъявительские ценные бумаги как сложные правоотношения


В любой именной (ордерной) бумаге держатель определен путем указания индивидуального признака стороны — имени или наименования (иногда адреса). И только в предъявительской ценной бумаге признаком наличия права требования к эмитенту является право собственности на носитель — и это исключительный случай. Лишь к этому исключительному случаю применим абзац второй ст. 142 ГК РФ: «С передачей ценной бумаги переходят все ее права по совокупности», так как при недобросовестной передаче именной ценной бумаги права требования к эмитенту остаются у прежнего держателя ценной бумаги.

Но даже в этом исключительном случае есть аргумент в пользу признания предъявительской ценной бумаги обязательством. Дело в том, что само слово «вексель» пришло в русский язык из немецкого, где оно звучало очень похоже — weshsel. Первое значение слова «weshsel» — «обмен». В данном случае оно переводилось как «обменная бумага», «то, что можно менять». На английский же язык это переводится как promissory note. Слово «,promissory» переводится как «обязательство», «обещание», a«note» — «запись, записка, расписка». Отсюда promissory note дословно означает «обязательственная запись», «обязующая расписка». В английском языке само понятие сформировалось из природы вещи, в Россию же пришло готовое иностранное (немецкое) название, не раскрывающее его природы.

Разбирая эту проблему несколько тщательнее, мы увидим, что ценная бумага на предъявителя — это производная ценная бумага, простейший дериватив.

К сожалению, существование сложных ценных бумаг ГК РФ не описано, и такие ценные бумаги, как фьючерсы, форварды, обращаемые контракты на поставки биржевых товаров, индексные ценные бумаги и более сложные фьючерсы на индексные ценные бумаги, не входят в правовое поле России.

Сравним правоотношения, представленные на рис. 4.


«Из сделанного нами определения безыменных документов видно, что форма на предъявителя есть последний шаг в историческом процессе облегчения способов передачи обязательств от безусловной непередаваемости обязательств, действовавшей у всех народов на первой ступени юридического развития, до приравнивания их к реальным предметам при посредстве формы на предъявителя должно было пройти много времени»[32].

Только для такого исключительного случая (ценные бумаги на предъявителя) справедливо следующее высказывание:

«Если рассматривать безыменные бумаги в крайних моментах их существования, т.е. в начале (при возникновении) и в конце (при удовлетворении), то они будут обязательственными отношениями (obligatio); если же рассматривать их в период существования в имущественном обороте (при циркуляции, негоции), то они будут реальными предметами, наподобие всякой res»[33].

Можно заметить, что при обращении данной «безыменной» ценной бумаги люди пользуются правилами, применимыми к вещам, но природа таких бумаг все равно остается обязательством.

«Когда же приходится иметь дело с бумагами на предъявителя во время циркулирования их в гражданском обороте, то следует к ним применять нормы вещного права. Безыменные бумаги могут быть предметом собственности, владения, заклада и т.п. Приобретение права собственности на них совершается способами, которые имеют место в приобретении права собственности на движимые имущества. Собственность здесь предполагается уже в добросовестном владении; предположение это неопровержимое (praesumptio juris et de jure). Одним словом, в бумагах на предъявителя, как вообще в ценных бумагах, следует различать право на документ от права из документа. Первое обусловливается добросовестным приобретением документа, второе — простым, фактическим владением; первое обслуживается по началам вещного права, второе — по началам обязательственного права.

Юридическое основание возникновения бумаг на предъявителя есть одностороннее обещание должника; для приобретения же права из них необходимо владение документом.

Бумаги на предъявителя суть односторонние формальные обязательства, циркулирующие в обороте, наподобие реальных вещей»[33]. (рис. 5).

«Некоторые из институтов гражданского права стоят как бы на рубеже вещного и обязательственного права. К числу их относятся и бумаги на предъявителя. По некоторым свойствам они подлежат определениям обязательственного права, а по другим — вещного права»[33].

Повторим еще раз, что вышесказанное относится только к бумагам на предъявителя и нисколько не применимо к именным бумагам.


Неадекватность экономической природы и современной законодательной трактовки ценных бумаг


«Не ошибемся, если главную причину разнообразия воззрений на юридическую природу безыменных бумаг припишем влиянию господствующей догмы римского права. По теории этого последнего области вещного и обязательственного права строго разграничены; res и obligatio суть два резко отличающиеся друг от друга юридические понятия. Причисляя бумаги на предъявителя к обязательствам, немецкие юристы видели в то же время невозможность применения к ним всех консеквенций римского обязательственного права. Между тем в праве современных народов такого строгого различия между указанными областями гражданского права не существует»[34].

Первая ошибка ныне действующего ГК РФ состоит в отсутствии разграничения следующих прав:

• обязательство — право требования, выраженное в ценной бумаге;

• вещное право на носитель права требования.

В подавляющем большинстве случаев стоимость носителя требования (материальной вещи) несоизмеримо меньше стоимости права требования (обязательства), выраженного на этом носителе. Поэтому стоимостью носителя можно пренебречь, применив математическое понятие «о малое». Таким образом, под термином «ценная бумага» необходимо подразумевать право требования — свободно обращаемое обязательство, выраженное на некоем носителе (как правило, бумажном).

Ценными бумагами в юридическом смысле являются документы, которые ценны не как материальные предметы в силу своих естественных свойств, а в силу содержащегося в них права на некоторую ценность.

Как правильно подчеркивает Д.В. Мурзин, «ценная бумага представляет ценность не сама по себе, даже являясь материальной вещью, а служит инструментом для определения сущности и объема передаваемых прав»[35].

Второй ошибкой ГК РФ является распространение специальных вещных правил обращения ценных бумаг на предъявителя на все другие ценные бумаги. Мурзин, проанализировав признаки ценных бумаг, пришел к выводу, что «понятие ценной бумаги в ч. 1 п. 1 ст. 142 ГК РФ относится, пожалуй, только к ценной бумаге на предъявителя, а исключения настолько преобладают, что делают исключением из общего правила саму догматическую дефиницию»[36].

По убеждению Г.Ф. Шершеневича, нельзя именные ценные бумаги называть вещами[37], а Р. Саватье полагал, что только запись в соответствующих книгах передает право, представленное в именной ценной бумаге[38].

Действительно, именные ценные бумаги не обращаются по принципу «право на бумагу», так как право четко закреплено между двумя вполне определенными лицами.


Право на бумагу и право из бумаги


Необходимость придания имущественным отношениям большей динамики вызвала появление правовых конструкций, которые позволили включить права в имущественный оборот наподобие реальных вещей. Для обозначения этого явления обычно используют выражение «право овеществляется в бумаге» или аналогичные ему. Однако, по убеждению М.М. Агаркова, «этой формуле нельзя придавать значение большее, чем образному выражению... не обладающему той степенью точности, которая необходима в юридических построениях»[39].

Л. Эннекцерус же уточнил: «В именных бумагах право на бумагу как на документ следует за тем правом, которое выражено в бумаге, напротив, при бумагах на предъявителя и ордерных бумагах право, вытекающее из бумаги, следует за правом на бумагу как на документ»[40].

К.И. Скловский, описывая исторический приоритет вещных прав перед обязательствами, отмечает: «Обязательственные права в известных случаях пользуются фикцией вещи, конструируя бестелесные вещи и создавая на этой почве "право на право"»[41].

Относительно выражений «право на бумагу» и «право из бумаги» необходимо отметить, что более корректными выглядят формулы «право на носитель» и «право из носителя», где носители могут быть:

• бумажными — Европа;

• полимерными — Австралия, Новая Зеландия, Сингапур;

• шелковыми — Средняя Азия до прошлого века[42];

• пергаментными — Древний Китай;

• кожаными — Россия XVIII в.[42];

• глиняными табличками — Древний Египет;

• деревянными дощечками, покрытыми воском, — Древний Рим;

• берестяными грамотами — Новгород XIII в.;

• куском стены, на котором долотом выбито обязательство;

• куском асфальта, на котором мелом написано обязательство, и т.д.

Но записи в компьютере, такие как:

• безналичные акции в системах NASDAQ (США), РТС (Россия) и

• обязательства трейдеров на крупнейших товарных биржах мира (проведенные через компьютер) и т.д.,

имеют вещное выражение только для одного лица — осуществляющего фиксацию имущественных прав, и не могут быть переданы другим сторонам, поскольку только собственник компьютера, содержащего носитель информации (жесткий диск), на котором ведется реестр записей, имеет вещное право собственности на этот носитель информации.

Из этого следует, что для лица, не осуществляющего фиксацию имущественных прав в сделке, это право не имеет вещного, материального выражения. При внесении ценных бумаг на банковский счет депо их переход из осязаемых — материальных (на бумажном носителе) в неосязаемые — нематериальные (безналичные — в виде записи по счету депо) не меняет сути ценных бумаг, их природы и ценностного содержания. Меняется лишь носитель, на котором они отображены.


Имущественные права, отраженные в обязательстве, не изменяются при смене носителя обязательства.

При этом принцип «право из бумаги» абсолютно неприменим для именных каузальных ценных бумаг, поскольку абсолютно все равно, у кого эта бумага находится и существует ли она вообще, так как главенствующую роль в данном случае приобретает запись, произведенная в реестре лица, обязанного по данному правоотношению, а не запись на ценной бумаге.

Данный принцип также никогда не будет применим для безналичных, бездокументарных ценных бумаг, поскольку таковые не имеют носителя, выраженного для держателя права. И именно в таких бумагах принцип главенства реестра становится исключительным.

Кроме того, используя логический прием рассуждения a contrario («от противного»), можно логически вывести, что, если существует вещное право собственности на свой бумажный экземпляр договора, например займа, то заем — вещное право, что неверно. (Если из А следует Б, где Б = ложь, то А = ложь.)

Таким образом, используя несколько методов, мы выяснили, что ценная бумага — не вещь, а вид контракта (договора).

Для всех критиков данной точки зрения предложим вопрос: каково кардинальное различие между договором (контрактом) займа и облигацией, позволяющее отнести договор займа к области обязательственного права, а облигацию — к области вещного права?

Ответ заключается в том, что никакого кардинального различия нет, что подтверждает ст. 816 ГК РФ: «В случаях, предусмотренных законом или иными правовыми актами, договор займа может быть заключен путем выпуска и продажи облигаций» (выделено мной. — А.Г.).

### Часть III ДЕНЬГИ


Деньги как экономическая и стоимостная категория


Напомним, что ст. 128 ГК РФ относит деньги к вещам, хотя ведущие экономисты мира считают, что функции денег могут выполнять как вещи, так и обязательства.

Приведем несколько цитат.

Энциклопедия Американа:

«Деньгами может быть всякое средство (anything), которое принято использовать повсеместно и универсально для оплаты товаров, услуг или долгов»[43].

Российская юридическая энциклопедия:

«ДЕНЬГИ — 1) в экономическом смысле — особые вещи или предметы, служащие всеобщим эквивалентом в рамках товарного оборота определенной национальной экономики; 2) в юридическом смысле — предметы, являющиеся объектами гражданских прав, исполняющие в гражданском обороте функцию всеобщего орудия обмена постольку, поскольку это не запрещено государством (собственно Д.), а также предметы, изготовленные по определенным законом образцам специализированными государственными предприятиями и признанные государством в качестве единственного законного платежного средства с принудительным по отношению к Д. в собственном смысле слова курсом, выраженным в национальной денежной единице (валюте национальной) (денежные знаки)»[44].

Р. Барр:

«Деньги имели различные формы во времени и пространстве. Поэтому физические свойства не являются определяющими для них: все виды денег — серебряные и золотые монеты, банковские билеты, чеки, банковские переводы — являются платежными средствами; у них нет общих физических свойств, а некоторые из них даже не имеют материального характера»[45].

Рист:

«Бумажные деньги приобретают способность сохранять стоимость в результате волевого акта»[46].

Аристотель:

«Деньги стали деньгами (nomisma) не по своей внутренней природе, а в силу закона (nomos), и в нашей власти изменить это положение и сделать их бесполезными».

К.Р. Макконнелл, СЛ. Брю:

«Металлические и бумажные деньги являются обязательствами государства и государственных агентов. Текущие счета представляют обязательства коммерческих банков и сберегательных учреждений»[47].

К. Маркс:

«Меновая стоимость, отделенная от самих товаров и существующая наряду с ними как самостоятельный товар, есть деньги»[48];

«Особенный товар, представляющий, таким образом, адекватное бытие меновой стоимости всех товаров, или меновая стоимость товаров в качестве особенного, выделенного товара и есть деньги»[48];

«Под кредитными деньгами понимаются деньги в форме какого-либо обязательства»[49].

Л.Н. Красавина, анализируя Маркса, уточняет:


«Деньги по своей природе — не вещь, а исторически определенная форма экономических, т.е. общественно-производственных, отношений между людьми в процессе товарного обмена. Деньги — исторически развивающаяся экономическая категория: на каждом этапе товарного производства наполняется новым содержанием специфика производственных отношений, выраженных с помощью всеобщего стоимостного эквивалента. Это содержание усложняется с изменением условий воспроизводства и объективных критериев формирования общественно необходимых затрат труда и стоимости товаров. В докапиталистических формациях деньги выражали производственные отношения между обособленными товаропроизводителями, в условиях домонополистического капитализма — между товаропроизводителем и обществом, а при монополистическом капитализме — между товаропроизводителем и мировым рынком»[50].

А.Г. Грязнова:

«Деньги — экономическая категория, в которой проявляются и при участии которой осуществляются общественные отношения»[51].

О.И. Лаврушин:

«Деньги — экономическая категория, в которой проявляются и при участии которой строятся общественные отношения; деньги выступают в качестве самостоятельной формы меновой стоимости, средства обращения, платежа и накопления»[52].

П. Берже:

«Деньги эмитируются тремя типами учреждений: коммерческими банками, государственным казначейством и эмиссионным банком»[53].

Л. Харрис:

«Деньги определяются как любой товар, который функционирует в качестве средства обращения, счетной единицы и средства сохранения стоимости»[54].

Н.Г. Мэнкью:

«Деньги — совокупность активов, которые регулярно используются людьми для приобретения товаров и услуг у других индивидов»[55].

Ч.Дж. Вулфел дополняет:

«Приемлемость конкретных форм денег для уплаты долгов устанавливается законом, который определяет их в качестве ЗАКОННОГО ПЛАТЕЖНОГО СРЕДСТВА, и, следовательно, разрешает должнику предлагать их в погашение своего долга»[56].

Деньги являются величайшим изобретением цивилизации и проникают во все сферы человеческой деятельности. Они представляют собой нечто существенно более важное, чем просто инструмент экономической системы. Правильно, рационально действующая денежная система оказывает благотворное влияние на круговорот доходов и расходов, который и является сущностью экономики. Хорошо работающая денежная система способствует наиболее эффективному использованию имеющегося производственного и человеческого (трудового) потенциала, она обеспечивает полную занятость, препятствует росту инфляции и вместе с ней — росту социальной напряженности. И наоборот, плохо, неадекватно существующим реалиям функционирующая денежная система может стать причиной резких колебаний уровня производства, спада в экономике, различных социальных катаклизмов.

«Сущность денег заключается в том, что они служат необходимым активным элементом и составной частью экономической деятельности общества, отношений между различными участниками воспроизводственного и распределительного процесса»[57]. Деньги есть составная часть товарных отношений. Появление и развитие товара влекут за собой появление и развитие денег. Эта неразрывная пара «товар — деньги» представляет собой вечную форму движения хозяйственной жизни.

«Деньги "прошли" длительную эволюцию и под влиянием прогресса цивилизации коренным образом изменили свою форму, природу, содержание и сущность.

Главными факторами преобразования денег стали развитие и усложнение:

во-первых, производительных сил;

во-вторых, производственных отношений, в том числе товарно-денежных, и в их составе кредитных отношений. А деньги, как известно, являются частью товарно-денежных отношений;

в-третьих, надстройки: государства и формируемого им права.

То есть то, что породило этот феномен человеческого общества, развиваясь и усложняясь, привело к аналогичному результату и деньги»[58].

Товарное происхождение денег

Вопрос о происхождении денег различные теоретические школы связывают с процессом развития обмена товаров.

Для того чтобы какой-либо продукт стал товаром, он должен:

• производиться не для собственного потребления, а для продажи;

• удовлетворять определенным потребностям, т.е. обладать полезностью. Причем товар должен быть полезным для покупателя, что находит свое подтверждение в факте купли-продажи;

• обладать стоимостью. Стоимость товара — это некие затраты, связанные с ним, причем не индивидуальные затраты производителя (себестоимость), а затраты, признанные обществом, что также должно быть подтверждено посредством купли-продажи.

Только совокупность этих трех условий делает продукт товаром. Отсутствие любого из них означает, что данный продукт товаром не является. Например, если какой-либо продукт производится для личного потребления или его невозможно купить или продать, то этот продукт товаром не является.

Обмен единичными продуктами общественного труда между первобытными общинами носил случайный характер. Развитие товарного обмена было связано с первым крупным общественным разделением труда — между скотоводческими и земледельческими племенами. На базе второго крупного разделения труда — отделения ремесла от земледелия — сложились товарное производство и регулярный обмен между частными собственниками.

А. Смит писал: «...Каждый разумный человек на любой ступени развития общества после появления разделения труда должен был так устроить свои дела (business), чтобы постоянно иметь некоторое количество такого товара, который, по его мнению, никто не откажется взять в обмен на продукты своего промысла»[59].

В результате развития товарного обмена выделился особый товар, обладавший наибольшей способностью к сбыту, — деньги, разделивший процесс взаимного обмена товаров (Т — Т) на два разновременно осуществляемых процесса: продажи (Т — Д) и приобретения (Д — Т). Это позволило преодолеть индивидуальные, количественные, временные и пространственные границы, присущие бартеру, и тем самым существенно сократить трансакционные издержки обмена.

Функции

Всякий феномен, чтобы обнаружить свое существование и характеристики, должен проявить себя в действии. «Экономическая сущность денег проявляется в их функциях»[60], и современная экономическая литература выводит понятие денег из тех функций, которые они выполняют. «Все, что выполняет функции денег, и есть деньги»[61]. Таким образом, в качестве денег может использоваться все, что признается людьми деньгами и выполняет их функции.

По Марксу, деньги выполняют пять функций:

1) меры стоимости;

2) средства обращения;

3) средства платежа (вне сферы товарообращения);

4) средства сбережения;

5) мировых денег[62].

Многие западные ученые признают всего три функции денег:

1) средство обращения (платежа);

2) меру стоимости;

3) средство накопления, сбережения (сохранения стоимости)[63].

Но все они считают, что в качестве денег может использоваться все, что признается людьми деньгами и выполняет их функции.

По большому счету в экономической теории нет единого мнения о функциях денег. Заслуживает внимания точка зрения профессора Ю.И. Кашина, полагающего, что мировые деньги есть не самостоятельная функция, а лишь пространственно ограниченная область их применения. Любопытна также его оценка трансформации такой функции, как средство накопления, сбережения, в функцию «покоящихся денег», обеспечивающих своим наличием в некоем хранилище кредитно-эмиссионный оборот[64]. Время от времени деньгам присваивалась второстепенная функция — идеологическо-прокламативная. Большую роль сыграла эта функция после Куликовской битвы, при освобождении России от поляков (восстание Минина и Пожарского), а также в 1917-1924 гг.

Функции денег рассматриваются как проявление их сущности. Вместе с тем эти функции выполняются только при участии людей, которые могут определять цены товаров исходя из потребительной и меновой полезностей (стоимостей), применять деньги в процессе товарооборота и иных платежей, а также использовать их в качестве средства накопления. Это означает, что деньги представляют собой инструмент экономических отношений в обществе, а функции денег могут осуществляться лишь при участии людей.

В рамках этой работы нас прежде всего интересуют экономическая функция обращения и платежа и юридические правила обращения денег.

Как средство платежа деньги выступают в обслуживании платежей вне сферы товарооборота. Основной особенностью этой функции денег является существование разрыва во времени между движением денег и движением товаров и услуг. Это налоги, социальные выплаты, проценты за кредит. Деньги легко принимаются в качестве средства платежа. Это удобное социальное изобретение, позволяющее платить владельцам ресурсов и производителям «товаром» (деньгами), который может быть использован для покупки любого из всего набора товаров и услуг, имеющихся на рынке.

Как средство обращения деньги выступают в сфере обслуживания товарооборота. Прежде всего деньги являются сегодня средством обращения, их можно использовать при покупке и продаже товаров и услуг.

Как средство обмена деньги позволяют обществу избежать неудобств бартерного обмена. Представляя удобный способ обмена товарами, деньги позволяют обществу воспользоваться плодами географической специализации и разделения труда между людьми.

Важно отметить, что хозяйствующие субъекты выбирают ту форму денег, которая наиболее точно соответствует их предстоящим потребностям: если предстоит купить газету — готовятся монеты; если юридическому лицу предстоит уплата налогов, то оно заблаговременно подготовит необходимую сумму безналичных денег на своем банковском счете. Если же платежи отстоят во времени либо время возможного платежа не определено, хозяйствующий субъект старается выбрать такую форму сохранения стоимости, которая бы, во-первых, обладала необходимой ликвидностью и, во-вторых, приносила определенный доход во времени. Сохранение стоимости в виде денег может привести к «издержкам упущенной прибыли». Дабы не допустить их, в каждом текущем состоянии рынка находится оптимальное соотношение ликвидности, доходности и риска вложений. При этом, как правило, используются такие средства, как депозиты в банках, доходные ценные бумаги компаний, банков и государства.

Свойства

Деньги должны обладать следующими свойствами:

• ликвидность;

• портативность;

• долговечность;

• делимость;

• стандартизованность;

• узнаваемость.

Среди свойств денег свойство ликвидности является наиглавнейшим. Абсолютная ликвидность означает, что владелец денег с их помощью может в любой момент выполнить любое финансовое обязательство, поскольку деньги всегда могут быть использованы в качестве средства платежа (legal tender). Для наибольшего соответствия этому свойству деньги должны были получить всеобщее (а лучше и государственное в том числе) признание и покупателей, и продавцов как средство обмена.

Разрешение противоречий товара при помощи денег

На основе исследования фактического материала К. Маркс научно доказал, что деньги — историческая категория, присущая товарному производству. Но, чтобы понять происхождение и товарную природу денег, выяснить, как и почему из товарного мира выделились деньги, рассмотрим прежде всего противоречия товара и форму их разрешения. Современная экономическая теория выделяет следующие основные противоречия товара, возникшие при обмене и разрешаемые деньгами как всеобщим стоимостным эквивалентом между:

• потребительной и меновой стоимостью;

• конкретным и абстрактным трудом (между субъективной и объективной полезностью);

• частным и общественным характером труда.

Деньги по своей глубинной сущности — это отделившаяся от товара меновая стоимость, используемая в повседневной хозяйской практике.

Товар — единство потребительной и меновой стоимости, а стоимость — это единство полезности блага и затрат на его производство. Стоимость — это вещественная форма затрат абстрактного общественного труда, выражающая отношение продавца к покупателю или издержек к полезности.

Потребительная стоимость — это способность товара удовлетворять ту или иную потребность человека, его полезность.

Меновая стоимость — это способность товара обмениваться в определенных количественных соотношениях на другой товар.

«Предметы, обладающие весьма большой потребительной стоимостью, часто имеют совсем небольшую меновую стоимость или даже совсем ее не имеют; напротив, предметы, имеющие очень большую меновую стоимость, часто имеют совсем небольшую потребительную стоимость или совсем ее не имеют. Нет ничего полезнее воды, но на нее совсем ничего нельзя купить. Напротив, алмаз почти не имеет никакой потребительной стоимости, но в обмен на него можно получить очень большое количество товаров»[65].

Деньги как мера стоимостей и как средство обращения образуют единство противоположностей. Одна функция предполагает другую, так как с помощью денег обеспечивается движение стоимости и потребительной стоимости. На этой основе К. Маркс сформулировал методологическое положение: «...товар становится деньгами прежде всего как единство меры стоимостей и средства обращения...»[66].

В единстве функций меры стоимостей и средства обращения проявляются их противоположность и противоречие. Во-первых, в качестве меры стоимостей деньги выступают как идеальные, а в функции средства обращения — как реальные деньги. Во-вторых, функцию меры стоимостей выполняют полноценные деньги, в то время как в функции средства обращения они заменяются знаками стоимости.

Процитируем К. Маркса: «Как результат первого процесса обращения, продажи, появляется исходный пункт второго процесса, деньги.

На место товара в его первоначальной форме вступил его золотой эквивалент. Этот результат может прежде всего образовать пункт приостановки процесса, так как товар в этой второй форме обладает собственным способным к выжиданию существованием. Товар в руках своего владельца — не потребительная стоимость, теперь (он) имеется налицо в форме, всегда пригодной для употребления, ибо она всегда способна к обмену, и только от обстоятельств зависит, когда и в каком пункте поверхности товарного мира он вступит опять в обращение. Пребывание товара в виде золотой куколки образует самостоятельный период в его жизни, в котором он может оставаться более или менее продолжительное время»[67].

Когда товар поступает на рынок, т.е. в сферу обмена, то здесь это противоречие проявляется как противоречие между потребительной ценностью и меновой ценностью, или между частной и общественной полезностью товара. Это последнее противоречие разрешается путем раздвоения товара на товар и деньги.

Разрешением противоречия, заключенного в товаре, служит операция обмена товара на деньги, в ходе которой потребительная ценность товара окончательно отделяется от его ценности. Так рынок решает задачу обеспечения общества в лице покупателей необходимыми ему благами, а производителей этих благ вознаграждает соответствующим доходом.

Итак, необходимость денег вызвана противоречием между меновой ценностью и потребительной ценностью, заключенными в товаре. Противопоставление двух связанных между собой категорий ценности присутствует в рассуждениях всех классических экономистов по поводу теории цены. У А. Смита это противопоставление потребительной и меновой ценности, а у основоположников теории предельной полезности — противопоставление между субъективной и объективной полезностью.

Эти две стороны ценности представляют единство противоположностей. Единство потребительной и меновой ценности определяется тем, что это однопорядковые величины. Меновая ценность — это некоторое количество потребительной ценности, измеренное в универсальной величине, принятой для этой цели обществом.

Причину возникновения денег в условиях товарного производства очень хорошо, на наш взгляд, описал российский экономист М.А. Портной:

«Итак, всякий товар, т.е. продукт, созданный для продажи, несет в себе противоречие как объект общественных экономических отношений, представляющее собой единство и борьбу противоположностей, и выражается как ряд взаимосвязанных и взаимообусловленных противоречий между:

• личностью и обществом;

• потребительной ценностью (полезностью) и ценностью (общественной полезностью);

• явлением и сущностью;

• частным и общим (общественным).

Сами по себе эти противоречия разрешиться не могут. Для их разрешения необходимо столкновение данного товара с его противоположностью, в роли которой на стадии примитивного бартера выступает другой товар, а на более развитых этапах — деньги. Средством разрешения противоречий товара служит обмен, сделка купли-продажи, в которой участвуют на одной стороне продавец — владелец товара, а на другой стороне покупатель — владелец эквивалентной ценности. При этом продавец выступает как отдельный индивид, олицетворяющий частное начало, а покупатель — как представитель общества, олицетворяющий общественный интерес. Обмен представляет собой акт общественного признания полезного характера производственной деятельности данного индивидуума (или предприятия) и тем самым разрешает противоречие между личностью и обществом и все следующие за ним противоречия.

Поскольку в этом акте покупатель выступает как представитель общества, то факт покупки данного товара означает, что общество в его лице одобрило производственную деятельность личности, являющейся товаровладельцем и продавцом данного товара.

В результате обмена потребительная ценность (полезность) товара отделяется от его ценности (общественной полезности).

С развитием обмена и появлением денег товарный мир разделяется на два полюса: на одном помещаются все товары, олицетворяющие теперь потребительную ценность (полезность); на другом — им противостоят деньги, которые служат воплощением ценности (общественной полезности).

Все товары теперь становятся разновидностями одного и того же явления. Все они — полезности, предназначенные для удовлетворения разнообразных потребностей, тогда как их общая сущность выражается отныне в деньгах. Товары — это теперь продукты соответствующего назначения, а деньги — это воплощение и мера их ценности.

Товары, прошедшие обмен, превращаются из потенциальных ценностей в реальные. Пока они не проданы, это были продукты частной хозяйственной деятельности, целесообразность которой оставалась под вопросом. Пройдя сделку купли-продажи, товар становится составной частью общественного богатства, выраженного в деньгах. Частные усилия, затраченные на его создание, признаются как достойная часть общественных усилий, величина которых представлена в денежной форме.

Таким образом, деньги — это:

• воплощение ценности, олицетворение общественной полезности;

• сущность товаров как ценностей, их общее свойство как составных частей общественного богатства»[68].

Значение денег как средства обращения трудно преувеличить, поскольку они позволяют уйти от бартерной формы торговли. Замена бартера денежным обменом отделяет акт продажи от акта покупки. Если существуют деньги, то продавец товара должен лишь найти того, кто хочет купить его товар, а, получив деньги, он может покупать все, что ему вздумается. Замена механизма бартерных сделок механизмом, использующим деньги как средство обращения, приводит к снижению издержек обращения. Денежный обмен требует гораздо меньших усилий и времени, чем бартер. Снижая издержки обращения, деньги стимулировали развитие специализации и торговли.

Суммируем значение функции денег как средства обращения. В качестве средства обращения деньги:

• опосредуют движение товаров и услуг, облегчая процесс их обращения;

• преодолевают количественные, временные и пространственные границы, присущие бартеру;

• сокращают издержки обращения.

Деньги, возникшие из разрешения противоречий товара стихийно, тем не менее стали не просто предметом повышенного интереса для административных систем государств. Государства начали навязывать контролируемым экономикам платежные средства, контролируемые государствами (валюту), законодательно ограничивать хождение иных платежных средств и в итоге оставили легальным денежным средством лишь валюту соответствующего государства.

И монетаристская, и кейнсианская теории прямо проповедуют регулирование видов денег, денежной массы и процентных ставок с целью воздействия на экономику.

Таким образом, деньги, возникшие эволюционно из экономических отношений, постепенно были вытеснены государством и заменены на деньги, возникшие юридическим, законодательным путем. Лишь во времена экономических кризисов, когда государство оказывается не в состоянии поддерживать должным образом функции национальной валюты как денег, экономика прибегает к использованию товарных, полновесных денег либо к бартеру.

Таким образом, амбивалентность базиса и надстройки, экономики и законодательства проявляется в изменении природы и сущности денег.

Результаты применения денег и их воздействие на различные стороны деятельности и развития общества характеризуют их роль.

Роль денег прежде всего проявляется в результатах участия денег в установлении цены товара. Роль денег меняется в связи с изменениями условий развития экономики. При переходе к рыночной экономике их роль повышается.

В юридической российской практике понятие «деньги» имеет толкование, отличное от экономического. Статья 140 ГК РФ называется «Деньги (валюта)» и гласит: «Рубль является законным платежным средством, обязательным к приему по нарицательной стоимости на всей территории Российской Федерации». Тем самым юридическое определение слова «деньги» эквивалентно экономическому значению «валюта» и рассматривается как «установленная законом денежная единица данного государства»[69].

При этом в работе будет доказано, что понятие «валюта» не включает в себя ни товарные, ни финансовые деньги и есть лишь подмножество понятия «кредитные деньги», и, конечно же, существенно уже понятия «деньги».

Во избежание путаницы будем использовать экономическое значение слова «деньги».

Денежная масса

Ни среди экономистов, ни среди государственных должностных лиц не существует единого мнения о том, из каких отдельных элементов состоит денежное предложение в экономике. Весьма сложно провести границу между собственно деньгами и другими ликвидными активами, выполняющими функции денег не в полной мере. Только местная валюта обладает абсолютной ликвидностью как средство платежа, обязательное к приему — обеспеченное публичным правом. Остальные ликвидные активы являются средством платежа лишь в том случае, если бенефициар согласен их принять, т.е. существует сделка на базе гражданского права. При этом необходимо помнить, что определенную долю платежного и товарного оборота обслуживают ликвидные активы, с удовольствием принимаемые бенефициарами, но запрещенные к обращению в стране на основе публичного права, например доллары США в России[70]. В России также запрещены к обращению слитки драгметаллов и их содержащие материалы, драгоценные камни, редкоземельные металлы[71].

В узком смысле предложение денег, называемое МО, состоит из наличности, т.е. металлических и бумажных денег, находящихся в обращении. Ml, по К.Р. Макконнеллу и СЛ. Брю[72], состоит из МО и чековых вкладов, т.е. вкладов в коммерческих банках, различных сберкассах или сберегательных учреждениях, на которые могут быть выписаны чеки[73]. В России чековые вклады не получили такого широкого распространения, как в западных странах.

Также западные экономисты отличают «почти деньги» — агрегаты М2 и МЗ. «Почти деньги» — это определенные высоколиквидные финансовые активы, такие как бесчековые сберегательные счета, срочные вклады и краткосрочные государственные ценные бумаги, которые хотя и не функционируют непосредственно как средство обращения, но легко и без риска финансовых потерь могут быть переведены в наличность или чековые счета. В отличие, например, от США в России срочные вклады могут быть закрыты вкладчиком и до истечения срока хранения без уплаты штрафа.

М2 включает элементы средства обращения (наличность и чековые вклады), соответствующие Ml, и другие элементы, которые могут быстро и без потерь быть обращены в наличность и чековые вклады.

Третье, «официальное» в США определение МЗ исходит из того, что крупные (100 тыс. долл. и более) срочные вклады, которыми обычно владеют предприятия в форме депозитных сертификатов, также легко обращаются в чековые вклады. Действующий рынок таких сертификатов на самом деле существует, поэтому их можно в любое время продать (ликвидировать), хотя и с возможным риском потерь (в нашей стране пример тому — облигации ОВВЗ различных траншей, которые продаются со значительным снижением их номинальной стоимости, если срок их погашения истекает через пять—шесть лет и более).

Для расчета совокупной денежной массы в РФ предусмотрены следующие агрегаты:

•   МО — наличные деньги;

•   Ml = МО плюс расчетные, текущие счета и счета до востребования;

•   М2 = Ml плюс срочные вклады;

•   МЗ = М2 плюс депозитные сертификаты и облигации госзаймов.

Существует целый спектр активов (в разных странах они различные, но определенное сходство имеет место), которые лишь немного отличаются друг от друга по степени ликвидности или наличию денежных свойств.

Какое из приведенных выше определений денег предпочтительнее? Большинство западных и отечественных экономистов выбирают Ml. Почему? Это простое определение включает в себя все, что прямо и непосредственно используется в качестве средства обращения.


Эволюция форм денег


Функции денег в процессе их эволюции выполняли и выполняют и вещи, и обязательства.

Деньги имеют различные формы во времени и пространстве. Под формой денег в экономическом смысле следует понимать тот вид имущественных благ, который выполняет функции денег на соответствующем этапе экономического и правового развития общества (рис. 6).

Распространенность и востребованность той или иной формы денег определяется такими показателями, как обращаемость, удобство, портативность, долговечность, делимость, спрос, достаточное количество в обращении.

Следует выделить следующие основные формы денег, возникшие в процессе эволюции:

1) натуральные деньги:

а) неунифицированные товары, в том числе металлы на вес (товарные);


Рис. 6. Доли различных форм денег в обороте

б) металлические слитки точного веса;

в) монеты из драгоценных металлов;

2) кредитные деньги:

а) коммерческие векселя;

б) банкноты частных банков;

в) валюта:

•   наличная валюта:

—   государственные банкноты (казначейские билеты) с металлическим обеспечением;

—   государственные банкноты (казначейские билеты) без металлического обеспечения;

—   монеты с номинальной стоимостью;

•   безналичная монета — депозитные деньги (чековые счета);

3) финансовые деньги:

а) квазиденьги;

б) фондовые ценности, ограниченно выполняющие функции денег.

Эти формы возникали, как правило, последовательно и доминировали в определенные периоды времени (табл. 3). Новые виды денег возникали прежде всего потому, что было необходимо минимизировать издержки обращения и ускорить расчеты и торговые операции (рис. 7).

М.А. Портной в своей работе «Деньги: их виды и функции» классифицирует основные исторические этапы товарно-денежных отношений (табл. 4)[74].

Все они имеют право на существование и сейчас, и только общественное (или государственное) признание выталкивает из оборота те или иные виды имущественных благ и присваивает им статус легальных денег.


Рассматривая последовательно формы денег, постараемся определить их как вещное, так и обязательственное содержание.

Натуральные деньги


Натуральные товарные деньги


Рис. 8. Распространенность натуральных товарных денег

При прямом обмене одних товаров или услуг на другие сразу обнаруживается, что одни товары нужны более широкому кругу покупателей, чем другие, а это порождает общественное признание за ними формы денег (рис. 8).

Рассматривая эволюцию денег на ранних стадиях развития общества и общественных отношений, можно обнаружить, что тогда в ходу были преимущественно натуральные товарные деньги:

•   ракушки каури (Полинезия, Индия);

•   шкурки белок и соболей, шиферные пряслица — грузики, употреблявшиеся при прядении[75] (Древняя Русь);

•   бруски самородной соли (Эфиопия)[76];

•   железные мотыги (Судан)[76];

•   пояса из бусин — вампумы (индейцы Северной Америки);

•   бутылки водки и банки тушенки — в отдаленных районах России во время так называемого развитого социализма (1970— 1980-е гг.);

•   медь и бронза (Древний Рим);

•   железо (Спарта)[77].

У кочевников роль денег выполнял скот, у землевладельцев — выращенные растительные культуры, у охотников — шкуры животных[78].

В Древнем Риме и античной Греции богатство измерялось численностью голов скота, и стада пригонялись на рынок для оплаты предполагаемых покупок. Гомер оценивает стоимость щита Ахилла и его доспехов в быках: в латинском языке слово pecunia (деньги) происходит от слова реет (стадо). Любопытно, что латинский корень слова «капитал» происходит от capital — скот. В России обменные эквиваленты назывались кунами — от меха куницы.

«Шкурки ценных пушных зверей выполняли функции "меховых" денег. Единицами стоимости товара, эквивалентом денег были "куны" (шкурки куниц) и "белы" (шкурки белок). В Смоленской грамоте 1150 г. лисья шкура оценивалась в 12 кун. Различные виды дани (ясак) платили в казну меховыми шкурами. Шкуры как деньги знали древние государства — Спарта, Рим, Карфаген. Письменные памятники народов Скандинавии рассказывают, что на этой земле, где в изобилии водились звери, деньгами служили шкуры. Ими расплачивались за покупки, платили налоги и штрафы. В своде законов того времени сообщается, что за оскорбление обидчик должен отдать лисью шкуру, за физическое увечье — соболя и т.д. ... "Меховые" и "кожаные" деньги были в обращении еще во времена Петра I. И совсем недавно шкуры играли роль денег на Аляске.

При переходе к металлическим деньгам на Руси их называли сначала "куны" (цена шкурки куницы), "белы" (цена беличьей шкурки), и лишь по истечении времени прежние названия постепенно отмирали»[79].

«Так же использовались рис в Японии, чай в Китае, хлопчатобумажные ткани в Африке, сушеная рыба в Исландии. Например, в XV в. в Исландии платили так:

за подкову — 1 сушеную рыбу;

за пару женских башмаков — 3 рыбины;

за бочонок вина — 100 рыбин;

за бочонок сливочного масла — 120 рыбин.

Натуральные деньги, будучи сами по себе материальной ценностью, лучше всего подходили на роль денег в те эпохи, когда товарное производство было еще недостаточно развито и не стало основным видом общественного производства. Необходимость использования натуральных денег вытекала из разобщенности, обособленности отдельных товаропроизводителей, для которых только обмен продукцией служил средством экономической общественной связи, подтверждающей полезность для общества их продукции и возмещающей товаровладельцам ценность этой продукции в форме равновеликих материальных ценностей»[80].

Необходимо заметить, что общество во времена сильных экономических кризисов и потрясений, теряя доверие к возможности выполнять функции денег другими более высокими формами, опускается на эту ступень товарооборота, стыдливо называя ее бартером.

Например, в России в конце 1991 г., в период экономических реформ, дефицит товаров стал настолько острым, что деньги перестали быть полезными — вся торговля стала осуществляться на основе бартера. И тут же выявились «денежные» товары (автомобили, лес, сталь, бензин, мясо), на которые можно было выменять все что нужно. Например, за 1 т бензина можно было получить 4,2 т цемента, или 70 кг мяса, или 1100 шт. красного кирпича.

Некоторые экономисты называют этот этап товарно-счетным.

Вот как описывает эту ситуацию профессор Гарвардского университета Н.Г. Мэнкью в книге «Принципы экономике»:

«В тех случаях, когда в роли денег выступает товар, обладающий внутренней ценностью, их называют товарными деньгами. Понятие внутренней ценности применяется к деньгам, которые будут иметь ценность и тогда, когда они не используются в качестве денег. Пример товарных денег общеизвестен — золото, которое обладает внутренней ценностью, поскольку используется и в промышленности, и при изготовлении ювелирных изделий... Другой пример товарных денег — сигареты. Во время Второй мировой войны узники лагерей для военнопленных продавали друг другу различные товары и услуги, используя сигареты в качестве средства накопления, единицы счета и средства обращения. В этой ситуации даже некурящие с удовольствием получали в оплату сигареты, поскольку знали, что всегда смогут использовать их для приобретения других товаров и услуг»[81].

Обращение

Натуральные деньги, обслуживавшие индивидуальный и мелкооптовый нерегулярный оборот, обращаются по самым простым, вещным правилам: у кого в руках вещь, тот и ее хозяин. Простая передача вещи из рук в руки олицетворяла простейшую мену. Никаких обязательственных отношений при мене, как правило, не наступало.

При увеличении на «рынке» номенклатуры товаров, продавцов и покупателей все насущнее становилась проблема определения доминирующего товара в обращении.

Эволюционно металл стал вытеснять остальные товары из обращения, поскольку в наибольшей степени обладал возможностью его использования в хозяйстве не только как меры обращения, но и (после переработки) в качестве орудия труда или оружия: плуг, кувшин, нож, меч, щит и другие подобные товары могли легче остальных товаров трансформироваться в не менее ценные вещи, что позволяло реализовать меновую стоимость в потребительную почти сразу после процесса обмена.


Металлические слитки точного веса


С развитием регулярной торговли и прежде всего возрастанием объема оптовых сделок до нескольких повозок, телег ценных товаров типа дорогих тканей и высококачественных металлических изделий, а также с развитием уровня производственных отношений до подрядов на строительство дворцов и крепостей общество стало считать золото всеобщим эквивалентом (рис. 9). Как пишет Кантийон, «золото и серебро, и только они, малы по объему (при большой стоимости. — А.Г.), одинаково добротны, легки в перевозке, не оставляют отходов при размене, удобны для хранения, красивы и блестящи в предметах, которые из них изготавливают, и могут использоваться до бесконечности»[82].

Иными словами, именно этот товар обеспечивал простоту обращения и уменьшал его издержки.

Золотые слитки, исполнявшие роль денег, имели хождение в виде стандартных геометрических тел одинаковой формы, состава и веса, о чем свидетельствовало нанесенное на них специальное клеймо. Изготовление и клеймение таких слитков, естественно, было прерогативой высшей власти, т.е. государей и верховных жрецов. Это свидетельствует о достаточно широком распространении обмена уже в далекие исторические времена, о его превращении в регулярную торговлю, которая диктовала необходимость существования стандартного денежного эквивалента, удостоверявшегося высшей властью.


Рис. 9. Распространенность металлических слитков точного веса


Такие слитки обращались в Древнем Вавилоне в Ш—П тысячелетиях до н.э. В Египте в конце IVтысячелетия до н.э. находились в обращении небольшие слитки золота твердого веса (около 14 г) с клеймом фараона; слитки без клейма ценились меньше, так как отличить золото от подделки мог далеко не каждый, а клейму фараона доверяли. Подделать клеймо фараона при том уровне развития техники могли лишь искусные ремесленники и золотых дел мастера, известные все наперечет, да и подделка такая каралась крайне жестоко.

Необходимо отметить, что уже в этих деньгах и их цене появилась первая обязательственная составляющая и уже тогда появился первый спрос не на потребительную, а на меновую стоимость.

Меновую стоимость в них представляла собой юридическая гарантия правителя состава и веса слитка. «В ситуации, когда в подлинности металлической монеты можно было убедиться только путем сложного пробирного процесса, для которого обычный человек не имел ни квалификации, ни оборудования, убедительной гарантией подлинности монеты могло служить клеймо какого-то общепризнанного органа власти... Задача, решение которой правительство взяло на себя, состояла первоначально не столько в изготовлении денег, сколько в удостоверении веса и качества материалов, повсеместно служивших деньгами... Кусочки металла считались собственно деньгами только в том случае, если они имели клеймо соответствующего органа власти, в обязанность которого входило, как полагали, удостоверить, что монеты действительно имеют установленный вес и содержат металл должной пробы, что и придавало им их стоимость»[83].

«Названия некоторых современных денег сохраняют память о том, когда они были весовыми золотыми деньгами. Например, английский фунт стерлингов равнялся в Англии одному фунту чистого серебра во времена Вильгельма Завоевателя. В этом виде он не чеканился, а действовал как счетные деньги. Фунт стерлингов делился на двадцать частей — шиллинги, каждый из которых, в свою очередь, — еще на 12 частей, называвшихся пенсами, или пенни.

Именно пенни в действительности чеканились и по тем временам были самой крупной монетой (К. Маркс). При этом в XIII в. вес английского пенни приравнивался к весу 32 пшеничных зерен, "округленных, сухих и взятых из середины колоса"»[84].

В России же в XIV в. слитки серебра в виде округлых палочек с глубокими поперечными рытвинами весом до 200 г (Литва), или палочек трехгранного сечения весом 197—200 г (Новгород), или вытянутых шестиугольников весом около 160 г (Киев), получившие название «гривны», предназначались в основном для крупных расчетов и платежей. Ими расплачивались при значительных торговых сделках, выплачивали контрибуции, делали денежные вклады в монастыри, оплачивали покупки больших земельных владений.

Разрубленные пополам новгородские гривны получили название полтины[85]. Российские слитки точного веса не имели никаких печатей и, следовательно, обязательственной составляющей, что свидетельствовало о крайне низком уровне развития[86].

Обращение

Потребительная стоимость такой вещи была равна стоимости металла, меновая же стоимость превышала ее на величину стоимости гарантии, проставленной на чеканном дворе.

В таких слитках помимо вещной появилась уже обязательственная составляющая, что определяло двойственность природы этого имущественного блага при доминировании вещной составляющей. Однако значительность обязательственной составляющей (гарантии фараона о составе и весе слитка), обеспеченной имуществом правителя, его правом собирать налоги, вести захватнические войны и совершать набеги заставляло владельцев уже задуматься о том, рациональна ли переплавка слитков, — ведь тогда обязательственная составляющая терялась навсегда, что влекло за собой потерю стоимости и убытки.

Правила обращения при этом остались от предыдущей формы денег — натуральных товарных. Простая мена действовала в рамках вещного права, а обязательственная составляющая была лишь частью, признаком целой вещи.


Полновесные металлические монеты


Рис. 10. Распространенность полновесных металлических монет


Золотые, серебряные и медные монеты, несомненно, являлись вещами и имели постоянную стоимость, как стоимость металла, в них содержащегося. Ведь стоимость, например, золота, использовавшегося для чеканки золотых монет, никак не зависела от проблем государства, их чеканившего (рис. 10).

Первые известные монеты были изготовлены в царстве Лидия (ныне территория Турции) в VII в. до н.э. из электра — природного сплава золота и серебра. Для подтверждения установленного веса на них штамповался (чеканился) определенный рисунок. Отчеканенный рисунок играл роль печати или клейма, которым правитель гарантировал точность состава и веса монеты[87].

На территории Руси чеканка серебряных и золотых монет восходит к временам князя Владимира Первого (Киевская Русь, конец X — начало XI в.). На некоторых золотых монетах легенда «Владимир на столе» продолжалась надписью на оборотной «а се его злато», что означало гарантию состава монеты. В «Русской Правде» металлические деньги продолжали называться кунами, но появляются уже и серебряные гривны. В XII—XV вв. князья пытались чеканить свои «удельные» монеты. В Новгороде имели хождение иностранные деньги — ефимки (от иохимсталеров — серебряных немецких монет, выступавших в роли международного платежного средства для всей Восточной Европы). В Московском княжестве инициатива чеканки серебряных монет принадлежала Дмитрию Донскому (XIV в.), который начал переплавлять в русские гривны татарскую серебряную деньгу. Иван III (конец XV в.) установил, что право чеканки монет должно принадлежать лишь «старшему» из князей, держателю Московского престола. При Иване Грозном произошло первое упорядочение российской денежной системы. В начале его княжения в Московском государстве свободно обращались «московки» и «новгородки», причем первые по своему номиналу равнялись половине «новгородки». В начале XVII в. на Руси установилась единая денежная единица — копейка (на монете был изображен всадник с копьем), весившая 0,68 г серебра. Это примерно соответствовало весу «новгородки»; продолжали чеканить и «московки», и деньгу в виде полкопейки, а также полушки — четверть копейки. Кроме того, в счетную систему были введены рубль, полтина, гривна, алтын, хотя чеканка серебряного рубля стала правилом лишь при Петре I. Золотые деньги — червонцы появились в России с 1718 г.

О возрастающей роли государства как органа принуждения в денежном обращении свидетельствовал факт того, что «выпуску новых денег и полушек предшествовало оповещение о нем населения. В людных местах были вывешены листы с текстом царского указа о новых монетах. Этот же указ читался после богослужений в церквах и в течение многих дней "кликался" бирючами на рынках»[88].

«В наши дни мы не используем золотые монеты, однако история их хождения на рынках насчитывает многие века. Особая популярность золота как денег связана с относительной простотой перемещения, легкостью измерения и возможностью проверки на наличие примесей. Когда в экономике в качестве денег используются золотые монеты (или бумажные деньги, которые могут быть по первому требованию обменены на золото), говорят, что в ней действует золотой стандарт»[89]. В качестве подтверждающего примера можно привести слова, отчеканенные на «николаевских» золотых монетах достоинством 25 руб.: «Чистого золота 7 золотников 3 доли».Обращение этой формы денег, ее вещное и обязательственное содержание, потребительная и меновая стоимость, юридическая природа и обеспечение являлись такими же, что и металлических слитков точного веса.


Кредитные деньги

Коммерческие векселя


Рис. 11. Распространенность коммерческих векселей


Первыми известными на текущий момент коммерческими векселями являлись каменные расписки на хранение ценностей, имевшие хождение в Вавилоне в III тысячелетии до н.э. (рис. 11). «Золото и ценности хранили на полках в кладовых банкира или замурованной нише в стене (прообраз современных банковских сейфов). За эту услугу вавилонские банки брали со своих клиентов 1/60 стоимости принимаемых на хранение ценностей. Получив деньги или ценности, они "выписывали" расписки — кусочки камня с клиновидными знаками, сообщающими о количестве принятых ценностей. При этом получить у банкира эти ценности мог любой, кто предъявит ему эту расписку и подтверждение своего права на владение распиской (например, подпись или оттиск печати того, кто внес деньги на хранение и на чье имя расписка была выписана первоначально).

Опыт вавилонян затем переняла Древняя Греция»[90].


Расписка с клиновидным письмом на камне о приеме от клиента ценностей на хранение. Древний Вавилон. III тысячелетие до н.э.

Также очень интересным примером является табуляторий — самое древнее и самое охраняемое здание в Древнем Риме. Он и сейчас в частично сохранившемся виде находится в самом основании Капитолийского холма. Там исполненные на глиняных табличках — табулах хранились удостоверенные записи о налоговых недоимках граждан. Поскольку существуют письменные свидетельства, что в Древнем Риме за неуплату долга можно было попасть в рабство на определенный срок, видимо, данные табулы могли продаваться государством рабовладельцам. Описаны неоднократные случаи, когда «чернь» устраивала бунты, заканчивавшиеся, как правило, разграблением табулятория и переламыванием табул пополам.

Изобретение бумажных денег приписывают древним китайским купцам. В X в. жители Китая оставляли у купцов тяжелые железные монеты малой покупательной способности, выпущенные правительством Китая, и пользовались полученными взамен расписками. Помимо расписок о хранении монеты дополнительными средствами обмена выступали расписки о принятии товара на хранение, об уплате налогов, выдаче кредита. Их использование снизило издержки обращения меры стоимости и существенно расширило торговые возможности.

Развитие товарных отношений и оптовой торговли выявило неудобство обслуживания крупнооптового товарооборота металлическими деньгами. Когда опт в торговле дошел до сделок с караванами шелка и кораблями с пряностями, речь уже шла о мешках и сундуках с золотыми монетами.

Это было неудобно, во-первых, из-за их большого объема, а во-вторых, из-за необходимости надежной охраны во время пути. В те времена, когда разбойники составляли целые племена[91], жившие разбоем на торговых путях, это становилось чрезвычайно опасным.

Помимо легкости веса именной коммерческий вексель обладал еще одним преимуществом — избавлял купца от опасности быть ограбленным (возмещение по векселю могло получить лишь лицо, указанное в индоссаменте).

Также немаловажными качествами векселя являлись явная дешевизна и простота изготовления — не надо закупать дорогостоящий металл, содержать монетный двор и пробирную палату, достаточно лишь написать на бумаге и расписаться.

Именной коммерческий вексель имел частно-правовую природу и обозначал безусловное абстрактное обязательство купца или промышленника уплатить означенному лицу в означенный срок указанное количество определенных драгметаллов.

Долговые обязательства породили новую форму денег — кредитную. Производитель, продавший товар в долг, получал от покупателя вексель (долговое обязательство) и мог использовать его вместо денег, чтобы расплатиться за вещь, купленную у третьего лица.

«Возникновение этих денег в качестве общественного явления стало возможным только благодаря тому, что капитализм установил тесную связь между участниками общественного производства, качественно более высокую и потому гораздо более прочную, чем связь, порождаемая торговлей»[92].

«В составе кредитных денег первыми были... векселя, которые К. Маркс назвал "торговыми" деньгами, а именно переводные векселя, хотя на первых порах они могли мало использоваться как средство платежа, ибо запрещался их индоссамент. Когда такое ограничение было отменено (примерно с XVII в.), они стали шире использоваться в таком качестве. Другими словами, долговые обязательства в виде векселей стали наделяться денежными свойствами, когда приобрели особую форму движения в процессе использования как средства платежа.

Тем не менее коммерческие векселя имели ряд ограничений применения во внутреннем обороте: на всей территории, во времени, между всеми участниками оборота, по номиналу (достоинству) бумаг, гарантиям. В силу этого они не могли получить всеобщее признание. Хотя, если рассмотреть порядок международных платежей, то значительная их часть осуществлялась именно с помощью векселей: в начале XX в. между основными странами — свыше 80% от общего объема. Налицо выполнение ими и функции мировых денег»[93].

Вексель может быть выдан любым лицом и на любую сумму, любое количество монет, любой вес золота.

Эти две характеристики — неограниченный круг эмитентов и произвольная сумма векселя — существенно ограничивали обращение векселей, ведь далеко не каждый бенефициар имел надежную информацию о состоятельности эмитента, да и сумма сделки крайне редко совпадала с суммой векселя.

Постепенно происходило сужение круга эмитентов за счет вытеснения малоизвестных в пользу банкирских домов, профессионально занимавшихся клирингом торговых обязательств, приемом и доставкой денег.


Обращение

Именные векселя, как уже говорилось, возникли и по причине удобства обращения в крупнооптовой торговле, и по причине улучшения сохранения стоимости за владельцем, надежности хранения, дешевизны и простоты изготовления. Обеспечением такого векселя являлись имущество купца — как личное, так и находящееся в обороте, его удачливость в торговых операциях, осторожность, умение зарабатывать деньги. Однако усиление функции надежности хранения и сохранения стоимости за владельцем ухудшило функцию обращения, поскольку эмитенты-векселедатели стали оспаривать индоссаменты как оформленные не должным образом. Такой спор требовал подтверждения каждого индоссамента местным судом и был возможен лишь в случае наличия в данном месте купца, оформившего этот индоссамент.

Так сформировалось право требовать возмещения от любого индоссанта при отказе эмитента платить. Это действие означало приблизительно следующее: «Я тебе поверил и взял у тебя вексель этого купца. А купец твой не верит мне и не платит. Забери свой вексель и сам разбирайся с купцом». Обязательственные правила обращения становились тормозом при отсутствии надежной и быстрой дальней связи. Только при развитии таковой вследствие развития производительных сил именные обязательства как форма денег расцветут в полной мере.

Купцы, известные своей смекалкой, изобрели бланковый индоссамент, что ввело в обращение форму векселей на предъявителя и еще больше упростило их функцию обращения. Таким образом, любое лицо, физически владевшее бланком векселя, бесспорно становилось кредитором по обязательству.

При этом у предъявительских векселей впервые сформировался феномен обращения: они, будучи деривативом, т.е. производной ценной бумагой, позволяли вещное обращение на носитель обязательства, наличие которого у лица порождало его права в отношении эмитента. И хотя выпуск (эмиссия) и погашение такого векселя подчинялись обязательственному праву (абстрактность требования оплаты), обращение таких векселей стало опять подчиняться более развитому на тот момент вещному праву.

Держатель коммерческого векселя на предъявителя имел право собственности на бланк векселя с записью, а бланк векселя означал безусловное абстрактное право требования драгметаллов или монет от должника.

Сложность таких производных ценных бумаг, их дуализм и юридическая природа более подробно описаны в части П.

Необходимо отметить, что частно-правовая природа векселей дает их обладателям лишь судебную поддержку, в отличие от государственной публично-правовой поддержки в случае использования валюты.

В последнее десятилетие XX в. в России векселя РАО ЕЭС России, Газпрома и Энергоатома обслуживали существенную долю оптовых расчетов, прежде всего вследствие недоверия к банковской системе, возникшего после двух системных банковских кризисов (1995 и 1998 гг.).

М.П. Березина считает, что в 1990-е гг. доля платежей без участия банковских денег доходила до 70—80% общего объема безналичных платежей[94].


Банкноты частных банков


Банкирские дома взамен частных векселей — с определенной выгодой для себя — стали выпускать банкноты (банковские билеты), унифицированные по суммам (номиналам) векселя, что было удобно и уменьшало себестоимость обращения (рис. 12). В отличие от векселей коммерсантов (торговцев) банкноты выпускались только на предъявителя и по предъявлению, были бессрочны в обращении и имели золотое обеспечение.


Рис. 12. Распространенность банкнот частных банков


Такие обязательства были надежнее, пользовались популярностью и максимальным спросом на рынке, придавали их держателям солидность.

Граф Монте-Кристо в одноименном произведении Дюма хвастался, что носит с собой миллионный вексель Ротшильдов, что производило неизгладимое впечатление на его собеседников.

Такие banknotes — «записки банков» с течением времени превратились из имени собственного в имя нарицательное.

«Банкнота (банковский или банковый билет) — унифицированная по сумме (Примеч. авт.) ценная бумага, удостоверяющая приказ банка-эмитента самому себе уплатить ее предъявителю немедленно по предъявлении денежную сумму находящейся в обращении монетой»[95].

«Банкнота есть не что иное, как вексель на банкира, по которому предъявитель в любое время может получить деньги и которым банкир заменяет частные векселя»[96].

И хотя банкноты имели ту же вексельную природу, они более соответствовали обращению в силу следующих свойств:

•   широко известное богатство эмитента — банкира;

•   бессрочность обращения;

•   предъявительский характер;

•   выпуск на унифицированные суммы (номиналы);

•   обеспеченность золотом и иными активами банков, которые были заведомо больше, чем активы купцов.

Банкноты, т.е. бумажные деньги, сами по себе потребительной стоимости не имеют. Бумажные деньги — это символы, знаки меновой стоимости. Почему же тогда произошел повсеместный и впоследствии закрепившийся уход золота из обращения? Ведь кроме войн и других бедствий, кроме издержавшихся владык и услужливых банкиров должны существовать объективные причины. Самое простое объяснение: бумажные деньги удобны в обращении, их легко носить с собой. Будет кстати вспомнить высказывание великого А. Смита о том, что бумажные деньги должны рассматриваться в качестве более дешевого орудия обращения.

Потребительная стоимость денег мешала обращению, и на первый план вышла меновая стоимость, вызвавшая процесс, в дальнейшем названный демонетизацией, — уход золота из обращения и прекращение выполнения им функций денег.

Обращение

Потребительная стоимость практически всех наличных кредитных денег представляла собой качество бумаги и рисунка, имеющее ценность для людей с художественным вкусом, и составляла не более 1% от номинала, олицетворявшего меновую стоимость ценной бумаги при нормальном течении дел (business) у эмитента и условии, что бенефициар имел эту информацию. Если же бенефициар обладал достоверной или недостоверной информацией, что лицо, выпустившее ценную бумагу, начинало испытывать трудности, то меновая стоимость начинала уменьшаться. Если же бенефициар считал эмитента банкротом, то меновая стоимость становилась равна потребительной и зависела лишь от художественного вкуса бенефициара и нужды в образчике полиграфии.

Банкнота частного банка — это унифицированный по сумме предъявительский вексель частного банка «на себя» сроком по предъявлению с бланковым индоссаментом.

Эта производная ценная бумага, будучи безусловным обязательством, как и предъявительские коммерческие векселя, при выпуске и погашении подчинялась обязательственному праву, среди которого особо нужно выделить абстрактность обязательства, вызванную необходимостью упрощения судебных споров для целей оборачиваемости торговли. Сущностью обязательственных отношений, возникавших при погашении банкноты, являлось безусловное обязательство выдать определенное количество драгоценного металла или монет определенного веса, состава и формы.

Обращение же таких банкнот подчинялось более развитому и известному на тот момент вещному праву. Лицо, физически владевшее бланком векселя, бесспорно становилось кредитором по обязательству.

Держатель банкноты имел право собственности на бланк банкноты с записью, а бланк векселя обозначал безусловное абстрактное право требования от банкира драгметаллов или монет из драгметаллов.

Обеспечением банкнот являлось огромное по тем масштабам богатство банкиров. Богатство Ротшильдов долгое время было притчей во языцех.

Необходимо отметить, что частно-правовая природа банкнот частных банков, как вида векселей, дает обладателям лишь судебную поддержку, в отличие от государственной частно-правовой поддержки в случае использования валюты.


Валюта


Публично-правовое происхождение


Уникальность валюты как денежной формы заключается в том, что она не происходит эволюционно из товарных отношений и экономических теорий, а назначается государственным актом. Ее «родителями» являются не политэкономия и производственные отношения, а публичное право — государственные общественные отношения в сфере денежного обращения (рис. 13).


Рис. 13. Распространенность валюты


Если ранее общественные отношения выталкивали те или иные товары для общения в форме денег, то теперь, при более высоком уровне развития общественных отношений, общество делегировало функцию определения форм денег государству (или в иных случаях сам государь-правитель узурпировал данную функцию) и уже государство (государь, император, царь, президент с парламентом) стало определять формы денег на основании волевого решения.

Именно сила принуждения государства дает силу валюте. «...Китайские законы XIII в. карали за отказ принимать императорские бумажные деньги смертью, во Франции за это же преступление давали 20 лет каторги, а английское законодательство рассматривало отказ от правительственных банкнот как государственную измену»[97].

Показательным аргументом в пользу именно государственного происхождения валюты является признание фалыпивомонетчества не только уголовным, но и политическим преступлением. Борьба с фальшивомонетчиками в США изначально осуществлялась не полицией и ФБР, а Секретной службой, охраняющей президента[98].

Поскольку эмитентом валюты выступает государство, то в добавление к обычной для векселей и банкнот гражданско-правовой поддержке государство создает дополнительные нормы публичного права.

Такими нормами выступают как обязанности любого продавца принимать валюту в уплату и более жесткое уголовное преследование для фальшивомонетчиков по сравнению с мошенниками, подделывающими векселя и банкноты частных банков.

Еще Аристотель писал: «Деньги стали деньгами (nomista) не по своей внутренней природе, а в силу закона (nomos), и в нашей власти изменить это положение и сделать их бесполезными»[99].

Федеральный закон «О валютном регулировании и валютном контроле» (в ред. от 29.12.1998) определяет:

1. «Валюта Российской Федерации»:

а) находящиеся в обращении, а также изъятые или изымаемые из обращения, но подлежащие обмену рубли в виде банковских билетов (банкнот) Центрального банка Российской Федерации и монеты;

б) средства в рублях на счетах в банках и иных кредитных учреждениях в Российской Федерации;

в) средства в рублях на счетах в банках и иных кредитных учреждениях за пределами Российской Федерации на основании

соглашения, заключаемого Правительством Российской Федерации и Центральным банком Российской Федерации с соответствующими органами иностранного государства об использовании на территории данного государства валюты Российской Федерации в качестве законного платежного средства. <•••>

3. «Иностранная валюта»:

а) денежные знаки в виде банкнот, казначейских билетов, монеты, находящиеся в обращении и являющиеся законным платежным средством в соответствующем иностранном государстве или группе государств, а также изъятые или изымаемые из обращения, но подлежащие обмену денежные знаки;

б) средства на счетах в денежных единицах иностранных государств и международных денежных или расчетных единицах».

Как правило, в большинстве стран мира определяют национальную валюту как предусмотренные для обращения обязательства государственного банка (казначейства, резервной системы), наделяемые государством следующими свойствами:

•   является легальным средством обращения с обязательным принудительным приемом в качестве оплаты за товары и услуги на всей территории страны;

•   обращается в виде бессрочных в обращении предъявительских бумаг как в наличном (на бумажном или металлическом носителе — монете), так и безналичном виде (депозитные деньги — средства на счетах в банках);

•   обеспечено исключительным правом оплаты налогов;

•   монополия на выпуск принадлежит государству.

В юридическом смысле можно с полным основанием дать определение современной валюты как признанные единственным законным платежным средством и исключительным средством уплаты налогов две формы денег:

•   наличная валюта — банкноты и монеты центрального банка;

•   безналичная валюта — депозитные деньги.


Классификация форм денег по признаку «наличная — безналичная»


Вернемся к вопросу о соотношении понятий «деньги», «валюта», «наличные деньги», «безналичные деньги».

Деньги, т.е. имущественные блага, выполняющие функции средства обращения, меры стоимости и средства накопления (сохранения стоимости), в российском общественном сознании делятся на наличные и безналичные. Используя такую терминологию, мы все же обязаны ее четко определить.

Если определить за наличность некие формы, имеющие такое вещное содержание, что человек в состоянии держать их (Detencio), то к наличным деньгам можно отнести:

•   неунифицированные товары — шкурки, соль, злаки, металлы на вес;

•   унифицированные товары — металлы, апельсиновый сок, древесина, мясо;

•   слитки из драгметаллов точного веса, в том числе из золота;

•   коммерческие векселя, квазиденьги в наличной форме — государственные облигации, фондовые ценности, частично выполняющие функции денег, и т.д.;

•   государственные банкноты (казначейские билеты) и монету;

•   банкноты частных банков.

Каждой форме денег, составляющей понятие наличных денег, можно противопоставить ее безналичную форму, возникающую при помещении данной наличной формы в специальное хранилище для целей удобства обращения.

Этот момент чрезвычайно важно выделить. Именно удобство обращения безналичных форм денег заставляет общество переводить в них свои наличные формы, и только кризисы общественного обращения могут заставить общество на время (!) изымать их из соответствующего хранения. При этом безналичная форма не исчезает как вещь, просто ее вещная составляющая минимизируется до бумажной выписки по счету и вещной в размере 10 000 тыс. доменов кремния на магнитном носителе соответствующего хранилища (банка, депозитария).

Термин «деньги» включает в себя следующие понятия:

•   «товарные деньги»;

•   «финансовые деньги»;

•   «валюта».

Первые два понятия имеют ограниченную функцию обращения, но достаточную для того, чтобы признавать ее наличие.

Соответственно каждая из этих форм понятий имеет свои под-формы, которые можно классифицировать по признаку «наличная — безналичная» (табл. 5).


Из табл. 5, в частности, следует, что банкноты частных банков, имеющие то же экономическое и юридическое содержание, что и валюта, ошибочно не отнесены Федеральным законом от 09.10.1992 № 3615-1-ФЗ «О валютном регулировании и валютном контроле» к национальной валюте России.

Итак:

•  понятие «валюта» — подмножество понятия «деньги»;

• понятия «государственные банкноты», «монеты центрального банка», «банкноты частных банков» есть подмножества как понятия «валюта», так и понятия «наличные деньги»;

•  понятие «депозитные деньги» есть подмножество как понятия «валюта», так и понятия «безналичные деньги».


Наличная валюта


Рис. 14. Распространенность наличной валюты


Государственные банкноты (казначейские билеты) с полным или частичным металлическим обеспечением Бумажные деньги — относительная новинка денежного мира (рис. 15). Впервые они были пущены в обращение в древнем Китае в IX в., когда китайское правительство лишило купцов права давать расписки и само напечатало квитанции фиксированного достоинства, которые официально заменили монеты и значительно упростили расчеты. Это был первый в мире шаг к формированию валюты — установленной законом денежной единицы данного государства[100].


Рис. 15. Распространенность бумажных денег


Впрочем, и в других странах широко пользовались заменителями «настоящих денег», т.е. монет, удостоверяя номинал таких знаков стоимости печатью государя или подписью и личной печатью купца или банкира. Например, на Руси для этого использовали кусочки штемпелеванной кожи, а в Китае в XIII в. император Хубилай повелел «чеканить» деньги из коры тутового дерева, заверяя их своей императорской печатью.

Первопричины эволюционного возникновения банкнот заключаются в том, что:

во-первых, государство, увидевшее возможность практически бесплатного общественного кредита, переняло купеческий опыт;

во-вторых, ранее выпускавшиеся неполноценные биллонные монеты логически приводили к решению о замене носителя информации с металлического на более удобный и дешевый — бумажный.

К. Маркс в связи с этим отмечал: «В своей роли посредника обращения золото терпело всякого рода невзгоды, оно обрезывалось и даже утончалось до простого символического клочка бумаги»[101].

Первые эксперименты с бумажными деньгами выглядели даже забавно. «Так, французский губернатор Канады в 1658 г. приказал использовать в качестве денег игральные карты с его подписью. Причина такого решения была в том, что деньги из Франции в колонии доставлялись с опозданием, и их жители столкнулись с дефицитом средств для оплаты товаров и других расчетов между собой.

В сложившейся ситуации губернатор и придумал превратить имевшиеся в достатке игральные карты в местные кредитные деньги. Своей подписью он удостоверял право владельца такой карты предъявить ее к обмену на настоящие монеты, когда корабль с ними приплывет из Франции. Подпись губернатора подтверждала его долг перед владельцем карты и право этого владельца обменять карту на настоящие деньги.

Таким образом, факты подталкивали банкиров и государства к пониманию того, что деньги становятся все более символическим и очень дешевым инструментом хозяйственной деятельности. И хотя бумажные расписки банкиров лишь символизировали золото, люди готовы были пользоваться ими.

Государственная власть стала прибегать к выпуску бумажных денег в Северной Америке в конце XVII в., т.е. раньше, чем в Европе. Почин был сделан в 1690 г., когда штат Массачусетс стал выпускать бумажные деньги»[102].

В Европе первые банкноты были выпущены в 1694 г. при учреждении БанкаАнглии. С принятием в 1844 г. Банковского акта Роберта Пиля право эмитировать банкноты стало монопольным и было предоставлено только Банку Англии. Данный акт предусматривал также и особую систему обеспечения банкнот, получившую позднее наименование английской: вся эмиссия, за исключением твердо установленной суммы, должна была обеспечиваться металлическим запасом банка-эмитента, главным образом — золотом. Необеспеченная металлом эмиссия называлась фидуциарной. Это была первая система частичного обеспечения банкнот, пришедшая на смену системе полного обеспечения.

В России выпуск банкнот был обусловлен рядом причин. Монетное обращение в период царствования Елизаветы (1741—1761) и в последующие годы базировалось на медных деньгах, так как серебра и золота в то время было недостаточно. Расширение торговых связей, охвативших огромную территорию России, требовало большого количества более удобных денег, чем медные монеты, которые преобладали в обращении, но были непригодными для крупных торговых сделок. Платеж в сумме 100 руб. в пятикопеечных медных монетах весил более 6 пудов (около 1 ц).

Выпуск бумажных денег тесно связан с техническими и материальными условиями, уровнем производительных сил государства. К ним относятся изобретение и совершенствование бумажного производства, создание печатных и других полиграфических машин, наличие специалистов, способных осуществить изготовление денег. Необходимо для этого и создание специального предприятия. В России до начала XIX в. таких условий не было, и это сдерживало введение бумажных денег.

Первым российским документом о введении в обращение банковских билетов был «именной, данный Сенату указ императора Петра III от 25 мая 1762 года»[103]. В нем, в частности, говорилось:

«...Не преставали Мы помышлять о изобретении легчайшаго и надежнейшаго средства, хождение медныхъ денегъ облегчить и въ самой коммерции удобнымъ и полезнымъ сделать учреждение знатнаго Государственнаго Банка, въ которомъ бы все и каждой, по мере своего капитала и произволения, за умеренные проценты пользоваться могли, и хождение Банковыхъ билетовъ представилось тотчасъ, яко самое лучшее и многими въ Европе примерами изведанное средство...»

Этим же указом повелевалось:

«1. Наделать какъ наискорее Банковыхъ билетовъ на 5.000.000 рублей наразныя суммы, а именно на 10, на 50, на 100, на 500, и на 1000.

2. Сш билеты надлежитъ напечатать на особливой и для того нарочно сделанной бумаге, и въ прочемъ все те предосторожности принять, чтобъ поддельныхъ быть не могло.

3. Кому оные для большей верности подписать, и въ прочемъ все потребное распорядить, о томъ въ следствие сего немедленно указъ данъ будетъ.

4. По наделании вдругъ сихъ 5.000.000, будутъ оные тотчасъ разделены по такимъ казеннымъ местамъ, откуда наибольшая выдача денегъ бываетъ, съ темъ, дабы оныя употребляли ихъ въ расходъ, какъ самыя наличныя деньги; ибо. —

5. Мы хотимъ и чрезъ cie повелеваемъ, чтобъ сш билеты и въ самомъ деле за наличную монету ходили, и какъ таковые во все Наши казенные сборы вступали, не исключая изъ того и тамо-женныхъ...»

Были учреждены две конторы Государственного банка — в Москве и Санкт-Петербурге, но при моментальной эмиссии 5 млн руб. банк был наделен лишь 2 млн (один в серебряной монете, другой — в медной), остальные 3 млн должны были поступать от казны в течение трех лет (по миллиону в год).

Указ запрещал Государственному банку «располагать капиталом в свою пользу ли по своему произволению», но предписывалось «...темъ, кто съ билетами у нихъ явится, и наличныя вместо того деньги иметь похочетъ, тотчасъ наличными же за приемъ билетовъ деньгами выдавали безъ всякихъ росписокъ и письмен-наго производства; а еще паче безъ всякаго задержания и волокиты, или кто наличныя деньги принесетъ, а вместо того на равную сумму билеты иметь похочетъ, то и таковыхъ равномерно довольствовал; чего ради, управляющие симъ Банкомъ Конторы изъ вымениваемыхъ ими билетовъ всегда некоторое число у себя удерживают... дабы такимъ образомъ Банкъ всегда неисчерпаемъ, а обращение денегъ велико, скоро и удобно было, и такъ дабы дополнение вышеозначенныхъ 5.000.000 не казалось деломъ сов-семъ необходимымъ, но единственно отъ избытка Нашей предосторожности происшедшим».

Государственный банк не имел права взимать комиссию за прием и выдачу банкнот, дабы цена билетов в обращении была как можно ближе к цене соответствующего ей количества монеты.

Реализация данного указа была отвергнута Екатериной II, но начало Русско-турецкой войны (1768—1774) заставило ее в 1769 г. выпустить первые бумажные деньги в виде ассигнаций согласно Манифесту от 29 декабря 1768 г.

Как считают специалисты Гознака России А.Э. Михаэлис и Л.А. Харламов, «они мало походили на деньги в нашем представлении. Это были скорее всего банковские обязательства — расписки на получение монеты (здесь и далее выделено мной. — А.Г.).

Ассигнации заменили крайне неудобные медные деньги, пользовались большим успехом и весьма способствовали торговле.

Ими выплачивалось жалованье государственным служащим. Сначала все выпущенные ассигнации были обеспечены монетой и, приносимые частными лицами в банк, немедленно обменивались на медные, серебряные и золотые монеты. Но вскоре количество ассигнаций стало превышать запасы монет, и в связи с чрезмерным выпуском, особенно в период войны с Турцией, их курс по отношению к монете стал падать. В последний год царствования Екатерины II за ассигнационный рубль давали 68,5 копейки»[104].

Во Франции выпуск банкнот начался в 1800—1803 гг., в Германии (Пруссии) — в 1846 г. Регулярные крахи частных банков по причине неконтролируемых эмиссий банкнот, увеличение социальной напряженности и усугубление экономических неурядиц привели все континентальные европейские государства (как ранее Англию) к введению монополии выпуска банкнот. Эти страны дали новую систему обеспечения банкнот, получившую наименование германской. В отличие от английской системы с ее лимитом фидуциарной эмиссии (банковская эмиссия, не обеспеченная запасом драгоценных металлов банка-эмитента) германская система предусматривала минимальную долю обеспечения банкнот. В конце XIX — начале XX в. в различных странах такая доля составляла от 50 до 30% общего объема выпуска банкнот. Позднее сложилась еще одна система обеспечения, названная американской, суть которой состояла в своеобразном «удвоении» частичного обеспечения: 15% объема эмиссии банкнот обеспечивалось золотом и, кроме того, 90% — государственными ценными бумагами. Особого рода предписания существовали во Франции, где законодатель просто определял максимальный объем банкнот, который мог находиться в обращении, не указывая, чем и насколько он обеспечен, хотя, безусловно, также исходил из некоторых минимальных норм обеспечения.

Таким образом, объем выпуска банкнот привязывался к размерам золотых запасов банков-эмитентов, что создавало возможность размена банкнот на золото, выполнявшее в то время роль денежного металла, но в периоды оттока золотого запаса приводило к финансовым кризисам.

В период Первой мировой войны размен банкнот на золото был фактически прекращен, хотя юридическое закрепление это обстоятельство получило гораздо позднее. Банкноты стали заменителями сначала собственно денег в обращении, а затем и бумажных денег[105].

С появлением бумажных денег (в России — ассигнаций) сущность денег претерпела существенные изменения, окончательно став двоякой. В деньгах осталась некая вещная составляющая — стоимость бумаги, краски, печати. Но все это составляло далеко не полную стоимость купюры (ассигнации). Основной составляющей стало обязательство Центрального банка выплатить золото по этой ассигнации. Как правило, это был золотой вексель Центрального банка[106]. На дореволюционных купюрах можно прочитать: «Этот билет обменивается по предъявлению на ... долей чистаго золота».


Обращение

Ранее описанная банкнота частного банка и по экономической природе, и по вещной производной составляющей, и по первоначальной обязательственной составляющей существенно отличалась от государственной банкноты.

При выпуске и погашении государственных банкнот действовало не частное, а публичное право. Сущностью обязательственных отношений, возникавших при погашении банкноты, являлось либо безусловное обязательство выдать определенное количество драгоценного металла или монет определенного веса, состава и формы, либо безусловное обязательство государства принимать банкноту в качестве уплаты налогов и таможенных сборов.

Производное вещное право обращения также подверглось изменению, оно было подкреплено публично-правовой обязанностью принимать деньги в данной форме при всех торговых операциях в качестве средства платежа, обязательного к приему. Данное правомочие держателя поддерживалось властью (способностью легитимного принуждения) со стороны государства.

Обеспечением наличной валюты выступает имущество государства и его центрального банка, право государства собирать налоги.

Держатель государственной банкноты имел не только право собственности на бланк банкноты, но и право уплатить этим бланком государственной банкноты по любому платежу в пределах страны. Бланк государственной банкноты обозначал безусловное абстрактное право требования драгметаллов или монет из драгметаллов у государства либо абстрактное право предъявления к платежу в момент уплаты налогов.

Вместо права держателя принять в оплату возникает обязанность эмитента принять в оплату.


Государственные банкноты (казначейские билеты)

без металлического обеспечения

Для скорейшего введения первых денег в оборот (1762) в Москве и Санкт-Петербурге было введено правило, согласно которому не менее 20% суммы налогов вносилось в казну 25-рублевыми ассигнациями[107].

В этот момент кредитные деньги в России сформировались именно как валюта — установленная законом денежная единица данного государства, исключительное средство уплаты налогов и возврата государственных кредитов.

«Кредит тоже, как общественная форма богатства, вытесняет деньги[108] и узурпирует их место»[109].

Вот как описывает валюту В.А. Белов: «...предметы, соответствующие законодательным предписаниям и признанные государством в качестве единственного законного платежного средства с принудительным курсом, выраженным в национальной денежной единице.

Бумажные деньги — это еще один вид денежных знаков, равнозначный по своей экономической природе биллонным монетам. Номинал бумажных денег значительно превышал их стоимость как вещей (определенным образом изготовленных и окрашенных листов бумаги).

Обращение денег обеспечивалось установлением и охраной со стороны государства их принудительного курса, т.е. обязательности приема во все платежи по нарицательной (номинальной) стоимости.

Банкноты (банковские ноты и билеты; в России также — ассигнации [с 1769 по 1849] и кредитные билеты [с 1841 по 1919]) — расписки банков (в России — только государственных банков или казны), выполненные в виде приказов самим себе уплатить их предъявителю немедленно по предъявлении выраженные в них круглыми числами денежные суммы полноценной, разменной монетой или бумажными деньгами. По экономической природе — это предъявительские переводные векселя "на себя" и со сроком платежа "по предъявлении"... В Англии была предпринята первая в мире попытка упорядочить выпуск таких документов. Векселя банкиров на самих себя получили название "банковая нота" и специальное правовое регулирование. Применение векселя во внутреннем обороте стало сокращаться. Перемещаясь в международную торговлю и замещая выбывающие из применения в ней деньги и денежные знаки, векселя во внутреннем обороте сами замещались чеками»[110].

Деньги, лишенные внутренней ценности, называются декретированными, или бумажными. Их англо-американское название (fiat money) происходит от слова fiat — декрет, указ, так как бумажные деньги вводятся в обращение правительственным распоряжением. Сравните, например, бумажные официальные доллары (отпечатанные по заказу американского правительства) и бумажные доллары из игры «Монополия» (отпечатанные фирмой Parker Brothers game company). Почему только первые дают возможность оплатить покупки в реальном мире? Ответ очевиден: правительство США объявило свои доллары законным платежным средством и на каждом из них имеется надпись: «Данная банкнота является законным платежным средством при оплате всех государственных и частных обязательств»[111].

Любопытным примером оказывается описанный Л.В. Орленко случай, когда император Фридрих II (1194—1250) попытался заставить своих подданных принимать по золотому номиналу кожаные позолоченные августалы[112]. Но при отсутствии четко очерченной законодательной базы и реальной силы государства попытка потерпела крах.

«Рассуждая о всеобщем отказе от золотого стандарта в денежном обращении, необходимо заметить, что роль золота в период капитализма весьма противоречива. С одной стороны, оно всегда на виду и воспринимается обществом как единственная форма действительных полноценных денег, а также как воплощение богатства. С другой стороны, оно уже не является единственной формой денег и вынуждено делить эту роль с рожденными капитализмом и быстро прогрессирующими кредитными деньгами. Противоречивая роль золота в течение долгого времени скрыта из-за того, что кредитные деньги возникают и развиваются на золотом фундаменте, выполняют все больший объем работы, но делают это без тех драматических эффектов, которые сопровождают функционирование золота в этот период.

При капитализме радикально меняется роль денег в экономическом процессе. Если для эпохи торговли деньги выступали как промежуточный момент товарной сделки в роли средства обращения и платежа и как средство накопления богатства, то теперь главная роль денег состоит в том, что они выступают необходимой предпосылкой, исходным пунктом кругооборота капитала, а затем его неотъемлемым элементом.

Деньги становятся нужны, чтобы запустить в работу производительный капитал, чтобы придать ему движение и далее постоянно его в этом движении поддерживать, для чего им самим требуется постоянно быть в движении. Но это не простое движение, это движение, в ходе которого ценность капитала возрастает, следовательно, и сумма денег, в которой эта ценность выражается, должна в адекватной мере расти.

Золото оказывается негодным для выполнения этой задачи. Наращивание суммы денег, отражающей растущую ценность капитала, приходится обеспечивать механическим путем — увеличением массы добытого золота. С развитием капитализма, в особенности с наступлением эпохи промышленного капитализма, немедленно обнаруживается, что золота попросту мало!

Все больше и больше золота приходится добывать только для того, чтобы чеканить из него монету и пускать ее в обращение. Вся эта работа, по-видимому, не приносит никакой пользы, поскольку деньги лишь обслуживают движение капитала, выступая для непосвященных в качестве неизбежного, но бесполезного посредника, с присутствием которого на сцене хозяйственной жизни приходится мириться.

Значительную экономию золота обеспечивает использование в сфере обращения разменных на золото бумажных денег. Однако даже при этом условии золота оказывается недостаточно. Мотив недостатка золота для денежных целей почти постоянно звучит в экономической литературе по этому вопросу на протяжении XIX в. и начала нынешнего столетия.

То обстоятельство, что, несмотря на ощущение нехватки золота, денежная система все-таки справлялась со своими задачами, объясняется тем, что с самого своего возникновения капитализм создает и ставит себе на службу в растущих масштабах кредитные деньги, которые успешно обслуживают все большую часть расчетов вместо золота. Но поскольку эти кредитные деньги появляются на свет на бумаге, поскольку они вынуждены использовать бумагу в качестве носителя, современники не узнают в них самостоятельные деньги нового, более высокого порядка, а воспринимают их как простые разменные на золото бумажные деньги, выступающие лишь заменителями золота в обращении. Эта путаница имеет место до сих пор, когда выражение "кредитно-бу-мажные деньги" используется в экономической литературе применительно к современным кредитным деньгам»[113].

«Причины, по которым действительные деньги (золотые и серебряные монеты) были вытеснены из оборота неразменными бумажными деньгами, нередко объясняют той мимолетностью, с которой золото способно обслуживать товарообмен, превращаясь в идеальные деньги. Само обращение денег отделяет реальное содержание монеты от номинального содержания, отделяет ее металлическое бытие от бытия функционального.

В нем уже скрыта возможность заместить металлические деньги в их функции монеты знаками из другого материала или простыми символами. Таким образом, бумажные деньги возникают из функции денег как средства обращения»[114]. Кредитные деньги появляются на соответствующей стадии товарного производства, когда повсеместное распространение приобретает купля-продажа с рассрочкой платежа. В работе К. Маркса «Капитал» под кредитными деньгами[114] понимаются деньги в форме какого-либо обязательства[115].


Обращение

Банкноты и монеты центрального банка — унифицированный по сумме государственный предъявительский вексель «на себя» сроком по предъявлению с бланковым индоссаментом.

В отличие от предыдущего типа банкнот потеряно лишь право требовать золото по банкноте. Остальное осталось прежним.

Так же, как и в случае с банкнотой с металлическим обеспечением, держатель государственной банкноты без металлического обеспечения имеет не только право собственности на бланк векселя с записью, но и право уплатить этим бланком государственной банкноты по любому платежу в пределах страны. Но, в отличие от предыдущего случая, бланк государственной банкноты обозначает только безусловное абстрактное право предъявления к платежу в момент уплаты налогов.


Монеты с номинальной стоимостью

Отдельно необходимо рассмотреть монеты с номинальной стоимостью именно как пример эволюции натуральных денег в кредитные (рис. 16).

Первой из наиболее известных попыток ввести номинальную стоимость денег можно считать попытку императора Нерона, уменьшившего содержание золота в монете («портившего» монету, как считали тогда в народе). Таким образом, впервые стоимость металла в монете стала меньше ее номинальной стоимости, но все равно была достаточно значительной, чтобы определять потребительские свойства металла.


Рис. 16. Распространенность монет с номинальной стоимостью


Обращающееся в качестве ювелирных украшений золото сейчас обязательно сплавляется с медью, серебром, никелем и цинком для придания изделию прочности и блеска. Потребительские свойства такого золота становятся выше, но меновая стоимость именно как золотосодержащего материала — ниже. Поэтому при небольшом «разбавлении» золотой монеты иными металлами общественного противоречия не возникало. Но как только данная пропорция выходила за рамки приемлемого с точки зрения общественного сознания, возникали волнения и бунты, с помощью которых общество пыталось изменить точку зрения государственного управителя.

«Изготовление (чеканка) монет первоначально находилось в руках частных лиц (в России, например, — "ливцов", "серебряников"). В дальнейшем монетное дело было монополизировано государством и монеты стали чеканить на государственных предприятиях — монетных дворах.

В древнем мире, как уже было сказано выше, монеты изготовлялись из чистого золота и серебра (Греция) или их сплава (Лидия). В дальнейшем в монетный металл стали добавлять лигатуру (например, медь в сплавах с золотом). Увеличение количества лигатуры сверх установленной нормы приводило к порче монет.

Порча монет — это умышленное уменьшение государственной властью веса или пробы монеты при сохранении ее прежней номинальной стоимости, с целью получения прибыли[116]. Это значит, что одновременно с монополией на чеканку монет государство получило возможность их портить.

Убывание количества металла в монете происходит, как правило, более или менее заметными частями и достигается различными способами. Например, путем простого уменьшения веса вновь выпускаемой монеты без изменения качества металла или путем ухудшения последнего за счет малоценной примеси (лигатуры), сохраняющей или же увеличивающей вес, а также путем перехода от драгоценного металла к малоценному и т.д.

Порча монет широко практиковалась в рабовладельческом и феодальном обществах, особенно в периоды войн в связи с напряженным состоянием государственных финансов. Так, в Риме вес монеты, как барометр, постоянно падал по мере возрастания власти и произвола императора или усугубления гражданских смут. Историки свидетельствуют: серебряный денарий при Августе (63 г. до н.э. — 14 г. н.э.) весил 3,89 г; при Нероне (37— 68 гг. н.э.) его вес снизился до 3,41 г и в нем появилось 15% лигатуры. При Коммоде (161—192) денарий весил 2,85 г, а количество примесей выросло до 50%; при Септимии Севере (146—211) они возрастают до 60% — старые денарии теперь стоят вдвое дороже новых. Зачастую сердцевина монеты была медной, и только сверху имелся тонкий слой серебра. Это было официальным фальшивомонетничеством»[117].

И именно эта порча монет показывала силу государства. Народ и торговцы принимали эту монету потому, что, во-первых, ее принимали в уплату налогов, во-вторых, видимо, государство могло принудить торговцев принимать именно эти деньги в оплату товаров.

Монеты начали разделяться на полноценные и разменные. Полноценные монеты — один из видов денежных знаков в виде слитков (обычно круглой формы), изготовленных из сплава, содержащего благородный металл. Номинальная стоимость полноценной монеты равнялась стоимости содержащегося в ней количества благородного металла (корна).

Разменные (неполноценные, или биллонные) монеты — один из видов денежных знаков, оформленных аналогично полноценным монетам, но с тем отличием, что их номинальная стоимость превышала стоимость сплава, из которого они изготовлены, а также стоимость их изготовления.

Одним из примеров могут быть медные монеты (рис. 17), номинированные в серебре, выпущенные в период царствования Николая I (1840)[118].


Рис. 17. Монеты, выпущенные в России в 1840 г. (медь):

1/4 копейки (1,7 г), 1/2 копейки (5,1 г), 1 копейка (10,2 г),

2 копейки (20,4 г), 3 копейки (30,7 г)


В России выпуск князьями неполноценных монет, порча серебряных гривен путем их обрезания, появление «воровских» денег приводили к повсеместному исчезновению полновесных монет, волнениям среди населения («медный бунт» при царе Алексее Михайловиче в середине XVII в.). Пытаясь избежать трудностей, правительство начало чеканить медные деньги, придав им принудительный курс. Следствием стали рост рыночной цены серебряного рубля по сравнению с номиналом, исчезновение серебра из обращения и его сосредоточение у ростовщиков и менял, общее повышение товарных цен.

Трудности «биметаллических» стран объясняются действием закона Коперника — Грешема (Gresham), открытого в 1526 г. польским ученым Коперником и в 1560 г. английским финансистом Грешемом: «Плохие (неполноценные) деньги вытесняют из обращения хорошие деньги» (Bad money drives good money out of circulation)[119]. Это означает, что, когда в стране одновременно циркулируют два вида монет, связанных между собой легальным соотношением обмена, возникает тенденция к исчезновению тех монет, которые считаются лучшими с точки зрения оценки их коммерческой стоимости. Дело в том, что хорошие деньги либо тезаврируются, либо используются для внешних платежей, либо идут на переплавку и затем обмениваются на плохие деньги.

Впоследствии медные деньги были изъяты из обращения. В конце XVII в. вес серебра в рублевых монетах был уменьшен на 30%. В России вплоть до XVII в. собственная добыча благородных металлов почти отсутствовала, поэтому монетные дворы, ставшие в XVII в. монополией государства, переплавляли иностранные деньги. Согласно «монетарной регалии» Петра I был наложен жесткий запрет на вывоз из страны слитков драгоценных металлов и полноценных монет, между тем как вывоз порченой монеты разрешался.

По мере роста цен на металлический носитель в монетах с низкой номинальной стоимостью возникает проблема превышения вещной составляющей стоимости над обязательственной.

«Швейцарское правительство решило с 1 января 2007 г. изъять из обращения монету в 1 сантим (0,0076 долл.). На ее изготовление тратится 11 сантимов, подсчитал министр финансов Ханс Рудольф Мерц. Он планировал сэкономить 230500 долл., одновременно покончив и с монетой в 5 сантимов, но потребительские организации, опасавшиеся повышения цен при округлении ценников, отстояли ее.

Стоимость металлов в американском центе (97,5% цинка и 2,5% меди) достигла 77% его номинала. А с учетом затрат на чеканку и распределение (0,0061 долл. на цент) расходы монетного двора США на выпуск цента превысили номинал на 38%.

С центом такое уже бывало: в 1982 г. стоимость меди в его составе превысила номинал, и США облегчили монету с 3,1 до 2,5 г, сократив долю меди с 95 до 2,5%.

Пятиграммовый пятицентовик (75% меди, остальное — никель) обходится американцам в 4,5 цента, а с учетом затрат на работу — 5,75 цента, на 15% дороже номинала.

Металл, из которого состоят российские монеты, тоже может стоить дороже номинала... Но сведения о пропорциях металлов в российских монетах засекречены... Стоимость металла в мелких монетах близка к номиналу и в России. В копейке металл стоит дороже номинала в несколько раз... В начале 1990-х гг. ЦБ даже был вынужден прекратить чеканку мелких монет, рассказывал в 2003 г. тогдашний первый зампред ЦБ Арнольд Войлуков: "В наших монетах — медь и никель, и переплавка их даже в полукустарных условиях была выгодна".

...Дешевле сырья могут оказаться даже бумажные деньги. Катастрофическая инфляция в Германии в 1922 г. (цены выросли в 5570 раз) и 1923 г. (в 1300 млрд раз) сделала банкноты дороже бумаги. А в 2003 г. портал для путешественников Inyourpocket. com посчитал, что в Белоруссии в туалетах дешевле использовать рубли, чем туалетную бумагу. Но с 2004 г. президент Лукашенко вывел рублевые купюры из обращения»[120].


Обязательственная природа наличной валюты

Как легко убедиться, понятие «валюта» на современном этапе развития экономики подразумевает не вещь как таковую, обладающую какой-либо потребительной стоимостью, а лишь абстрактное формальное обязательство центрального банка страны, обладающее исключительно меновой стоимостью, возникшей в результате спроса на валюту для уплаты налогов[121].

Деньги в виде валюты — это частный случай векселя, который, в свою очередь, является ценной бумагой (ст. 143 ГК РФ). В дальнейшем, оперируя понятием «валюта», будем понимать, что это ценная бумага (рис. 18).


Рис. 18. Деньги — ценные бумаги — векселя — наличная валюта


Дж.Р. Хикс в работе «Стоимость и капитал» отмечал: «Всякого рода ценная бумага, приносящая фиксированный процент... есть обещание уплатить в будущем определенную сумму денег. Однако есть определенные виды документов, заключающих в себе обязательство, документов, которые обычно не относятся к ценным бумагам, а считаются непосредственно деньгами, хотя к ним применима та же классификация. Банковские депозиты, обычно относящиеся в настоящее время к деньгам, представляют собой обещание уплатить деньги в будущем; даже банкноты — обещание уплатить деньги. Такой характер банкнот не требует объяснений и понятен здравому смыслу в тех случаях, когда банкноты представляют собой обещание какие-то... деньги (золото или банковские билеты какого-то превосходящего данный по влиянию банка). Если же исключительные (superior) деньги исчезают из обращения, складывается парадоксальная ситуация. И эта парадоксальность отражает само существо проблемы, она вовсе не случайна. Благо — иметь у себя постоянное упоминание об этом парадоксе в виде надписи на банкноте в 1 ф.ст.: "Английский банк обещает заплатить по требованию предъявителя сумму в 1 ф.ст."»[122].

На банкнотах фунтов стерлингов отчетливо написано: Bank of England. I promise to pay the bearer on demand the sum of... — Банк Англии (Я обещаю (обязуюсь) оплачивать предъявителю по требованию... Далее стоит подпись главного кассира Банка Англии).


По форме и по содержанию — это государственный вексель на предъявителя по предъявлению.

На банкнотах долларов США нет прямого обязательства, но подписи казначея и секретаря казначейства США присутствуют. Однако на старых американских банкнотах, например на Greenback 1862 г., есть надпись:  «will pay the bearer on demand».


На канадской 10-долларовой банкноте 1906 г. также есть надпись: «will pay the bearer on demand».


На шотландской банкноте 1777 г. писали: «Royal Bank of Scotland hereby obliged to pay the bearer on demand... by order the Court of Directors — Королевский банк Шотландии обязан платить.


«Держателю по предъявлению в соответствии с приказом Совета директоров...»


Старые банкноты российских денег не дают сомнений об их природе: на банкнотах с 1779 по 1830 г. было написано: «Объявителю сей государственной ассигнации (выделено мной. — А.Г.) платит Санкт-Петербургский банк... Рублей ходячею монетою... Года». Указывался даже год монеты, поскольку содержание благородных металлов менялось в ней в соответствии с годами чеканки[123]. На банкноте 1779 г. четыре подписи (двух сенаторов, главного директора правления банков и директора местного банка) ставились только вручную и только чернилами[124].

С 1840 г. слово «платит» было заменено на слово «выдает».

На тыльной стороне банкнот 1855—1872 гг. печатались выдержки из Высочайшего манифеста о кредитных билетах следующего содержания: «Государственные кредитные билеты обеспечиваются (выделено мной. — А.Г.) всем достоянием Государства и безостановочным во всякое время разменом на звонкую монету из предназначенного фонда»[124].

На «десятках» 1909 г. на лицевой части банкноты красовалась надпись: «Государственный банк разменивает кредитные билеты (выделено мной. — А.Г.) на золотую монету без ограничения суммы (1 рубль = 1/15 империала, содержит 17,424 долей чистаго золота)». На обратной стороне банкноты значилось: «Размен государственных кредитных билетов на золотую монету обеспечивается всем достоянием государства. Государственные кредитные билеты имеют хождение во всей империи наравне с золотою монетою».

Даже на советских банкнотах до 1991 г. было написано, что они обеспечены золотым запасом страны или «всем достоянием республики», да и сами большевики в 1921 г. выпускали купюры по 1, 5 и 10 млрд руб., называвшиеся «Обязательства РСФСР»[125]. В 1924 г. выпускались «Платежные обязательства»[126].

Прямое указание либо на обязательство, либо на обеспечение показывает нам обязательственную природу бумажных денег.

Смешение правового режима объектов вещных и иных (прежде всего обязательственных) прав в России сейчас во многом объясняется влиянием англо-американских правовых представлений. В этом правопорядке принято различать «вещи во владении» (choses inposession), т.е. вещи, которыми можно физически обладать, и «вещи в mpe6oeanuu»(choses in action), т.е. различные права (что, в свою очередь, можно считать буквальным использованием понятия «нетелесные вещи» — res incorporales, известного римскому частному праву). Однако в европейской континентальной правовой системе режим вещей и режим прав четко различаются. Так, в § 90 Гражданского кодекса Германии прямо указано, что вещами могут быть только «телесные предметы».

Разбирая текущую вещную составляющую бумажных денег, можно привести любопытный пример. В США некий Тари Стюард (Tari Steward) основал компанию American Bank Note Company, которая производит билеты под названием «Million dollar bill».


Эти билеты выполнены на той же бумаге, что и обычные американские доллары, и с тем же дизайном. Но при их продаже прямо указывается, что это не настоящая американская валюта и что они необращаемы. Продаются они как «хороший подарок для семьи и друзей». На обратной стороне их указано: «Этот сертификат обеспечен только верой в американскую мечту»[127].

За ценностью реальной банкноты, выражающей собой обязательство государства, стоит курс обмена обязательств государства на товары и услуги. Стоимость любой денежной единицы зависит от ее покупательной способности[128]. Профессор Гарвардского университета Н.Г. Мэнкью определяет ценность денег как количество товаров и услуг, которые можно купить за одну денежную единицу[129]. За точно такой же вещью, не несущей обязательств государства, стоит только лишь вещная составляющая, определенная Т. Стюардом с учетом прибавочной стоимости в 8 долл. США.

При этом необходимо обязательно отметить, что подавляющая часть такой вещной составляющей на реальных деньгах создана лишь для защиты от подделки обязательства, выраженного и документированного на ней. Если бы бумажные деньги не подделывали, она была бы намного ниже.

«При всей своей абстрактности бумажные деньги являются наличностью в том смысле, что это видимая и ощутимая материя»[130].

Вещь, обладающая естественными полезными свойствами, при делении на две части разделяет свою полезную стоимость. Если взять чистый лист бумаги, который имеет своим полезным свойством возможность нанесения на нем некоего объема информации, и порвать его пополам, то полезная стоимость двух кусочков бумаги по отдельности будет примерно вдвое меньше. Если же разорвать банкноту Банка России в 10 руб. пополам, то картина будет принципиально иной. Та половинка, на которой нет номера, не будет стоить ничего, зато другая половинка (с номером) будет опять иметь полезную стоимость в 10 руб. Почему? Потому что всем известно, что Центральный банк РФ принимает по номинальной стоимости и ветхие, и обгорелые, и разорванные банкноты, если на них сохранились соответствующие серия и номер. Данный пример наглядно показывает, что банку-эмитенту для приема своих обязательств по номиналу необходимо лишь сравнить эти данные с соответствующим реестровым номером данного обязательства в графе «Эмиссия денег» пассивной части своего баланса. Ветхие купюры исключаются из дальнейшего обращения Центральным банком РФ путем их уничтожения, и именно на сумму их номиналов уменьшаются обязательства Центрального банка РФ, описанные в графе «Эмиссия денег».

Кроме того, само слово «эмиссия» подчеркивает обязательственную природу бумажных денег.

Очень интересен пример денежной реформы в России 1991 г. В один «прекрасный» день тогдашний премьер-министр Павлов объявил все банкноты 50- и 100-рублевого достоинства недействительными. И в этот день стоимость обязательства, выражающегося в них, стала равна нулю. Эти банкноты действительно стали только вещью — их стоимость стала равна стоимости бумаги, краски и типографских услуг. Некоторые из тех людей, которые не успели обменять банкноты на новые, обклеивали ими стены своих квартир.

Более того, ст. 30 Федерального закона от 10 июня 2002 г. № 86-ФЗ «О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)» гласит: «Банкноты и монета являются безусловными обязательствами Банка России и обеспечиваются всеми его активами (выделено мной. — А.Г.). Банкноты и монета Банка России обязательны к приему по нарицательной стоимости при всех видах платежей, для зачисления на счета, во вклады и для перевода на всей территории Российской Федерации».

Сам эмитент указывает прямо и недвусмысленно, что его банкноты — это обязательство. Так почему же ГК РФ не хочет признавать столь очевидный факт?

Кстати, о монете. Данная норма четко указывает, что монета РФ также является обязательством Банка России. Определяя ее статус, можно прийти к выводу, что монета, как и банкнота, — это государственный предъявительский вексель «на себя» сроком по предъявлению с бланковым индоссаментом. И единственное ее отличие от банкноты того же номинала — носитель, на котором это обязательство исполнено. Банкнота и монета одного и того же номинала ярко демонстрируют единство содержания при различии формы.

Далее Закон подробно описывает именно обязательственную природу денег:

«Статья 31. Банкноты и монета Банка России не могут быть объявлены недействительными (утратившими силу законного средства платежа), если не установлен достаточно продолжительный срок их обмена на банкноты и монету нового образца. Не допускаются какие-либо ограничения по суммам или субъектам обмена.

При обмене банкнот и монеты Банка России на денежные знаки нового образца срок изъятия банкнот и монеты из обращения не может быть менее одного года, но не превышает пяти лет.

Статья 32. Банк России без ограничений обменивает ветхие и поврежденные банкноты (здесь и далее выделено мной. — А.Г.) в соответствии с установленными им правилами.

Статья 33. Совет директоров принимает решение о выпуске в обращение новых банкнот и монеты и об изъятии старых, утверждает номиналы и образцы новых денежных знаков. Описание новых денежных знаков публикуется в средствах массовой информации».

Статья 4 данного Закона гласит: «Банк России... монопольно осуществляет эмиссию наличных денег и организует наличное денежное обращение...».

И опять понятие «эмиссия» указывает на обязательственную природу денег. Эмитировать вещи невозможно (рис. 19)


Безналичная валюта — депозитные деньги [чековые счета]


Безналичная валюта возникает либо в результате кредитной эмиссии, произведенной центральным банком соответствующего государства, либо в результате передачи во вклад (вид договора хранения) наличной валюты в виде банкнот и монет (рис. 20).

Депозитные деньги как форма кредитных денег представляют собой валюту в безбумажной форме. Их появление и развитие с экономической точки зрения обусловлено:

• сокращением издержек обращения;


Рис. 20. Доля депозитных денег


• ускорением денежного оборота;

• удобством и сравнительной безопасностью безналичных расчетов;

• простотой контроля за обращением со стороны государства.

Эта форма денег имеет следующие важные особенности:

1) обязующейся стороной для вкладчика является не сам центральный банк, а частный банк, в котором размещены средства, при этом для частного банка обязующейся стороной выступает центральный банк. С одной стороны, размещение государственных банкнот в частном банке, несущем ответственность перед вкладчиками лишь размером собственного капитала, делает деньги менее надежными в случае банкротства[131] банка. С другой стороны, хранение банкнот в неприспособленном месте, например дома, подвергает опасности не только сами банкноты, но и жизнь их владельца и его семьи;

2) это обязательство не на предъявителя, а именное, т.е. имеет такое вещное содержание, что человек не в состоянии их держать (detencio). На юридическом языке древних римлян это называлось бы потерей «права держания». При этом римское animus possidenti — намерение относиться к вещи как к своей — сохраняется полностью, создавая иллюзию владения (posessio);


3) обязательство становится делимым на любую величину с минимальной известной дискретностью, что в очередной раз улучшает функцию обращения этой формы денег.

Депозитные деньги приобрели функции денег только в процессе реализации безналичных банковских расчетов, т.е. лишь в середине XX в. Это стало возможным лишь при соответствующем уровне развития производственных сил, в частности, благодаря выпуску фирмой IBM банковских мэйнфреймов и внедрению электронной системы межбанковских расчетов CHIPS.

Л.Г. Ефимова пишет: «В связи с этим экономическая наука долго не признавала вклады до востребования в качестве денег. Когда в 1930 г. Джон Мейнард Кейнс в своей книге "Трактат о деньгах" (Theatise on Money) включил в понятие денег вклады до востребования, Г. Паркер Виллис, известный профессор Колумбийского университета, отнесся к этому весьма критически[132]. Среди экономистов более позднего периода противников этой точки зрения практически не осталось[133]. По мнению французского экономиста Пьера Берже, деньги эмитируются тремя типами учреждений: коммерческими банками, государственным казначейством и эмиссионным банком[134]. Таким образом, мнение о том, что единственным банком, способным выпускать свои деньги, является только Центральный банк РФ, является ошибочным[135]» [136]. Поэтому не случайно ст. 29 Закона о Банке России предусматривает исключительное право Банка России только на эмиссию наличной валюты.

Вопрос о праве на безналичную (кредитную) эмиссию денег законодательством однозначно не решен. Поскольку запрет на безналичную эмиссию отсутствует, любой коммерческий банк может выпускать (и выпускает) свои деньги в форме остатков на расчетных и текущих счетах. Лауреат Нобелевской премии Фридрих Хайек высказался за выпуск частных денег[137]. При этом предполагалось, что денежные обязательства, выраженные в валюте любого конкретного эмитента, будут исчисляться по номиналу. Однако разные виды валют должны свободно обмениваться друг на друга по курсу. Одновременно Ф. Хайек высказался за необходимость поддержания каждым эмитентом ценности (покупательной способности) своей валюты относительно стандартного набора оптовых товарных цен (стандарт ценности) путем определенных им специальных мер воздействия. «Я ожидаю, что по крайней мере в крупных регионах, намного превышающих нынешние национальные территории, люди согласятся считать стандартный набор оптовых товарных цен стандартом ценности, относительно которого они предпочли бы сохранять постоянство своей валюты»[138]. Несмотря на скептицизм оппонентов, идеи Хайека наглядно воплотились в России, где векселя ОАО «Газпром» реально выполняют функции денег и в оптовых расчетах, и в накоплении финансовыми институтами. Сам исследователь полагал, что для реализации его идей потребуются соответствующие политические преобразования, поскольку государства вряд ли откажутся от доходной привилегии выпускать деньги[139]. Однако отчасти его идея о частных деньгах реализовалась в форме банковских вкладов до востребования.

Некоторые экономисты и правоведы полагают, что такие «частные деньги» не имеют наличной формы. Здесь мы вынуждены не согласиться и указать, что выпущенные в обмен на вклады банковские предъявительские векселя «на себя», так широко распространенные ныне в России, и являются «частными деньгами». Когда такие деньги называют «частными», то подразумевают их частно-правовое содержание в отличие от валюты, имеющей публично-правовое содержание.

Очень важно отметить, что частно-правовой их природа является лишь в отношениях вкладчика с частным банком, в правоотношениях же между частным банком и государственным их природа так и остается публично-правовой.

Итак, депозитные деньги (безналичная валюта) в виде остатков на счетах предприятий и организаций — это деньги и Центрального банка РФ, и коммерческих банков. Когда клиент снимает деньги со счета, то, по сути, речь идет о конверсии безналичной валюты — депозитных денег в наличную валюту — банкноты и монету Центрального банка РФ.

Теперь разберемся с правовой природой безналичных денег. Для целей настоящей работы под безналичными деньгами предлагается понимать кредитовые остатки различных счетов клиентуры в банках, на которые распространяется действие главы 45 ГК РФ. Это счета, специально предназначенные для расчетных операций: расчетные, текущие, текущие валютные, корреспондентские, счета для финансирования капитальных вложений и др.[140]С правовой точки зрения запись на банковском счете является количественным выражением обязательственно-правового требования клиента к банку. Однако это обстоятельство не мешает признавать обязательства банка деньгами, учитывая, что последние выполняют функцию средства платежа.

Являясь обязательствами соответствующего хранилища (банка, депозитария), безналичные деньги подчиняются обязательственно-правовому режиму. Запись на банковском счете удостоверяет, в какой сумме (т.е. в каком размере) банк является должником своего клиента. Таким образом, рассматриваемые правоотношения являются относительными и возникают по воле сторон договора банковского счета. Обязанность банка по этому договору состоит в совершении конкретных положительных действий. Он должен выполнять поручения клиента о совершении платежей третьим лицом, о выдаче ему наличных денег в пределах остатка средств на счете, а также принимать платежи, причитающиеся клиенту. Право требования владельца счета может быть нарушено прежде всего банком, к которому клиент вправе предъявить соответствующие требования[141].


В настоящее же время подавляющая часть денежного оборота в нашей стране приходится на депозитные безналичные деньги, почти не имеющие вещного выражения (не считая бумаги, на которой напечатана выписка по счету). Таким образом, современные депозитные безналичные деньги представляют собой бездокументарные именные ценные бумаги:

•   для банка — делимые государственные именные векселя «на себя» с бланковым индоссаментом в форме электронной записи по счетам;

•  для клиента банка — делимые банковские именные векселя «на себя» с бланковым индоссаментом в форме электронной записи по счетам.

Говоря об обеспечении такой формы обязательств, скажем, что обязательство самого центрального банка обеспечено, как и в случае с наличной валютой:

•   обязанностью государства принимать ее в уплату налогов;

•   принудительным приемом в качестве оплаты за товары и услуги на всей территории страны.

Обязательство же частного банка теоретически должно быть обеспечено вышеописанными обязательствами центрального банка, но в активах любого банка безналичная валюта занимает в соответствии с Базельскими принципами не менее 12% и, как правило, не более 25%. Вследствие активной кредитной политики любого банка его обязательства в основном обеспечены качеством его кредитного портфеля.

Несмотря на единство формы, способы управления со стороны клиентов деньгами в банках различны, что ведет к определенной путанице в среде экономистов.

Нет «электронных денег» — есть электронный способ доступа к депозитным деньгам; нет «карточных денег» — есть способ доступа к счетам при помощи пластиковых карт.

Приведем основные способы управления (доступа) деньгами:

1) личный доступ либо почтовая пересылка:

•   платежное поручение;

•   чек;

•   инкассо;

2) доступ при помощи электронных сетей:

•   системы ритейлового e-banking: SWIFT, CHIPS, FedWire;

•   слипы с пластиковых карт типа VISA, системы типа CyberCash, Cyberplat;

•   системы типа CheckFree.


Обращение

Потребительной стоимостью этот вид денег не обладает, так как не существует в вещной форме (может быть и имеется некая стоимость радостной эмоции, возникающая у богача при любовании балансом счета, но оценить ее сложно). Меновая стоимость, как уже указывалось, зависит лишь от общепризнанной текущей репутации эмитента, а также долго- и краткосрочных ожиданий колебаний данных денег к корзине товаров.

С развитием надежной дальней связи и вычислительной техники банковская система смогла окончательно избавиться от сложных производных (деривативных) правоотношений. Эта форма денег практически не имеет вещной составляющей.

Обеспечены они правом требования принимать их в уплату налогов и любого платежа между двумя юридическими лицами, за исключением заведомо ритейловых (не оптовых) торговых отношений. Это исключение — принимать наличную валюту в оплату товаров ограниченно лицензируется государством для поддержания устойчивого спроса на безналичную валюту.


Спрос на валюту


Помимо общеизвестных, в том числе описаных у Кейнса и Фридмена, факторов спроса на деньги спрос на наличную и безналичную валюту без металлического обеспечения формируется вследствие следующих факторов, имеющих не экономическую, но именно юридическую публично-правовую природу.

1. Необходимость уплаты налогов. Любое приличное государство принимает в качестве уплаты налогов только свою валюту. Соответсвенно спрос на валюту зависит:

•   от способности данного государства собирать налоги;

•   способности экономики данного государства производить налогооблагаемую базу, например прибавленную стоимость, облагаемую налогами, и сохранение имущества, облагаемого налогами;

•    желания и способности налогоплательщиков уплачивать налоги.

При этом достаточно очевидно, что высокие ставки налогообложения ведут к бегству промышленности в другие юрисдикции, а низкие — к ослаблению возможности государства защищать границы и наводить порядок внутри суверенной территории. Размер налоговых ставок в США является основным публично обсуждаемым вопросом и колеблется в зависимости от состояния экономики и всеобщего волеизъявления в пределах 20—30%.

2. Необходимость расчетов с государством по покупке государственного имущества. Это не слишком значимый фактор, который реально работает в случае приватизации государством крупного предприятия.

3. Необходимость иметь именно поддерживаемое государством средство уплаты любого долга или выполнения любого платежа на территории данного государства. Данный вопрос особо остро встает при значимом риске возникновения спорной ситуации при совершении сделки (платежа). Если есть достаточно большая вероятность судебного разрешения конфликта, оплата недолжным средством платежа может быть серьезным аргументом против плательщика. Но данный фактор прямо зависит от силы государства. В периоды смут и смены власти вышеуказанный фактор работает против валюты либо в пользу таких частно-правовых обязательств, как векселя или банковские обязательства, либо в пользу товарных натуральных денег.

4. Тезаврационный спрос на валюту, возникающий вследствие большего доверия государству, чем иным эмитентам. Возникает обычно в том случае, если доверие к собственному государству либо к его способности держать в узде инфляцию существенно ниже, чем к иному государству. Примером этого является тотальное недоверие россиян к российскому рублю как средству сохранения стоимости, возникшее, в частности, от Павловской реформы, отменившей хождение 50- и 100-рублевых банкнот на бескомпенсационной основе, и от многолетней инфляции и гиперинфляции, регулярно обесценивавших как наличную, так и безналичную валюту. Автор лично знаком с людьми, положившими в Сбербанк в 1980-х гг. 10 тыс. руб., на которые тогда можно было купить автомобиль «Волга» или хороший дом, и имеющими теперь возможность приобрести лишь детский велосипед.

5. Тезаврационный спрос на валюту, возникающий вследствие большего доверия государству, которое способно поддерживать надежную и работоспособную банковскую систему. Например, тотальное обрушение банковской системы 1998 г. не способствует длительному хранению денег в виде долгосрочных депозитов в рублях.

Ряд экспертов (и автор в том числе) считают, что основными причинами банковских кризисов является не столько резкое колебание цен на недвижимость (для ипотечных банков), на акции (для инвестиционных банков), валюту и т.д., сколько грамотное выполнение регулятивной функции государством, не допускающим перекоса в кредитных портфелях банков в ту или иную отрасль экономики. Например, в США после кризиса 1930— 1933 гг. банкам было законодательно запрещено приобретать акции.

6. Комфортное валютное законодательство. Если государство запрещает хождение своей валюты за рубежом, ему сложно надеяться, что граждане и предприятия других стран будут накапливать эту валюту.


Финансовые деньги


Здесь мы должны рассмотреть:

1) высоколиквидные активы, для которых возможно лишь незначительное колебание стоимости и которые называют «почти деньги»;

2) фондовые ценности (ценные бумаги), ограниченно выполняющие функции денег.


Квазиденьги


Квазиденьгами (от лат. quasi — как будто) называются денежные средства на срочных и сберегательных вкладах (в коммерческих банках, специальных кредитно-финансовых институтах), депозитные сертификаты, государственные казначейские обязательства и т.п. (рис. 21).


Рис. 21. Распространенность квазиденег


Для определения легкости, с которой любой вид активов может быть превращен в принятое в экономике средство обращения, экономисты используют понятие «ликвидность». Поскольку в экономике роль средств обращения выполняют деньги, они и являются наиболее ликвидным видом активов. Ликвидность других активов может быть различной. Большинство облигаций в любой момент может быть продано с незначительными трансакционными издержками и курсовыми колебаниями, поэтому они являются относительно ликвидными активами. «Это лишь подобие денег, так как их нельзя непосредственно использовать как покупательное и платежное средство. В условиях современного капитализма квазиденьги — это основной и наиболее динамичный компонент денежных агрегатов»[142].

Многие экономисты при разрешении данного вопроса подчеркивают такой показатель, как ликвидность. С их точки зрения, любой товар, который можно очень быстро превратить в деньги, может быть включен в денежную массу.

С одной стороны, это весьма удобная и простая модель рассуждений, позволяющая считать агрегатом Ml драгоценные металлы и иные товары, реализующиеся в деньги на товарной бирже в мгновение ока. Но тогда возникает вопрос: а каким сроком ликвидности должен обладать товар, чтобы быть включенным в денежный агрегат? И если такой срок равен одному дню, то почему не включать в агрегат Ml биржевые товары, реализующиеся в течение биржевой сессии, такие как металлы, зерно, нефть, концентрат апельсинового сока? И даже однокомнатные квартиры в Москве, имеющие однодневную ликвидность?


Фондовые ценности,

ограниченно выполняющие функции денег


Как мы уже выяснили, для того чтобы некий товар можно было признать деньгами, необходимо доказать выполнение им функций денег.

Ценные бумаги в зависимости от их вида могут исполнять при подходящих условиях все функции денег в той или иной степени (рис. 22):

•   широко распространена практика передачи ценных бумаг (преимущественно корпоративных акций) в залог как обеспечение обязательств при взятии кредита. Тем самым заложенные бумаги выполняют функцию денег, служат мерой стоимости. Кроме того, рыночные котировки корпоративных акций отражают стоимость соответствующей компании;


Рис. 22. Распространенность ценных бумаг


•   в мегасделках при поглощениях компаний в США расчеты в основном происходят акциями компании-поглотителя — служат средством платежа[143]. Также акции компаний, котируемые на биржах, иногда выполняют функцию обращения при разрешении споров. Например, 10 августа 2004 г. компания Yahoo! согласилась отказаться от патентного иска против Google в обмен на 2,7 млн акций последней[144];

•  назначением такой ценной бумаги, как банковский чек, является как раз одна из функций денег — служить средством платежа;


•   аналогично прямое назначение депозитного сертификата — служить средством накопления;

•   вексель может выполнять функцию средства платежа, если эмитент выдает его вместо выплаты денежной суммы во время какой-либо сделки, функцию средства накопления за счет дисконта и функцию средства обращения. Последнюю функцию выполняют векселя широко известных эмитентов, например ОАО «Газпром».

Рассмотрим конкретный пример — чеки.

Согласно ст. 877 ГК РФ «чеком признается ценная бумага, содержащая ничем не обусловленное распоряжение чекодателя банку произвести платеж указанной в нем суммы чекодержателю».

С точки зрения законодательства расчеты чеками так же обычны, как и расчеты платежными поручениями. Очевидно, что чеки выполняют функцию средства платежа и средства обращения. Мера стоимости отображается через сумму, проставленную на чеке. А вот функция средства накопления у чека существенно урезана, поскольку он действителен сравнительно короткое время. Хотя, надо признать, что и банкноты 20—30-летней давности часто бывают недействительными в ряде стран.

Следующий пример — ОГВВЗ («вэбовки»).

Очевидно, что ОГВВЗ выполняет функцию средства платежа, хотя и не в очень широком секторе. Главным идеологом, закрепляющим платежную функцию за «вэбовками», был и остается Минфин России, в котором за ОГВВЗ можно погасить долг перед ним, купить долги иностранных государств, произвести взаимозачеты по налогам и расшивки платежей.

В расчетах между головными российскими компаниями и их дочерними компаниями за рубежом «вэбовки» чрезвычайно часто используются и как средство обращения, и даже как мировые деньги. Часто их применяют как средство кредитования дочерних компаний за рубежом. Необходимо отметить, что в отличие от использования местной валюты при использовании ценных бумаг в качестве средства платежатребуется согласие получателя (бенефициара).

Средство накопления легко показывается теоретически через саму природу облигаций как средства сбережения, а практически — через анализ фондовых портфелей банков, страховых компаний и различных фондов, «вкладывающихся» в ОГВВЗ весьма активно.

Мера стоимости отображается через номинал бумаги и ее рыночную котировку.

Обобщая сказанное, делаем вывод, что если та или иная ценная бумага выполняет функции денег, то ее можно признать деньгами.

В экономике о многом нельзя сказать точно. Например, выполняется ли функция обращения таким видом денег, как монета, в секторе сверхоптовых платежей в 1 млрд руб. (33 млн долл. США)[145] и более? Нет, не выполняется. Значит, монета — не деньги? Здесь все весьма не просто. Ни про один вид денег нельзя со 100%-й уверенностью сказать, что они идеально выполняют функции денег, поскольку:

• безналичные деньги неудобны при мелких платежах;

• наличные деньги неудобны в сделках с отложенной поставкой товара, где удобнее аккредитив;

• в отдаленных от цивилизации местах предпочтительнее товарные деньги (водка, патроны и т.д.);

• сделки по поглощению и слиянию часто оплачиваются акциями компании-приобретателя.

Ни один вид денег не выполняет идеально функции денег, каждый вид денег в какой-то степени удобен в той или иной ситуации (рис. 23).

Например, монеты хорошо обслуживают сектор сделок, когда сумма платежа не превышает 10 самых крупных монет, купюры — когда сумма платежа не превышает 300 самых крупных купюр. При более крупных сделках удобнее безналичные методы платежа. В налично-ориентированной экономике бывают случаи и приобретения крупной недвижимости за наличные, но это уже не из области теории денег, а из области теории эффективности налогообложения.

Так и некоторые фондовые ценности тоже выполняют функции денег, но не идеально и используются лишь в некоторых секторах экономики. Например, большое применение нашли векселя ОАО «Газпром» и Сбербанка РФ в реальных спотовых сделках за металл и металлопродукцию в регионах.


Рис. 23. Удобство обращения различных видов денег


Вещные и обязательственные составляющие денег


Физические свойства не являются для денег определяющими. У них нет общих физических свойств, а некоторые из них даже не имеют материального характера (табл. 7).


Необходимо заметить, что точно вычислить вещную и составляющую части видов денег можно только в конкретных примерах.

Например, если себестоимость изготовления долларовых купюр равна 50 центам, то в однодолларовой купюре вещная составляющая будет равна 50%, а в стодолларовой — 0,5. Точно так же при определении вещной составляющей безналичных денег можно произвести следующий подсчет: информация о наименовании владельца счета и количестве его денег занимает не более 40 байтов. Жесткий диск емкостью 40 Гб стоит сейчас не более 100 долл. Значит, себестоимость хранения такой информации составляет 10~7 долл. Если у определенного владельца только 1 долл. на счете, то вещная составляющая будет равна 10~5%, а если 1 млрд долл., то вещная составляющая будет равна 10~14%.

Ю. Мальцев и И. Шкаринов пишут: «...Законодательство называет деньги вещью лишь по причине удобства и целесообразности регулирования отношений, связанных с владением и распоряжением деньгами, как вещных, хотя по сути эти отношения являются обязательственными.

...Потребительская ценность денег в том, что они являются всеобщим эквивалентом, опосредующим обмен всем остальным имуществом. Их экономическая природа всеобщего эквивалента, не нашедшая пока отражения в законе, и является причиной недоразумений, к которым нас приводит построение чисто правовых конструкций... Действительно, поскольку невозможно эффективно применять характерные для вещных прав способы защиты (вин-дикационные и негаторные иски) к истребованию наличных денег, то теряет смысл признание денег некой вещью»[146].


Проанализировав формы денег, получим график их удельной распространенности в разное время (рис. 24).

Из рис. 24 следует, что при развитии общественных и производственных отношений меновая стоимость денег имеет больший спрос, нежели их прямая потребительная стоимость.

Однако при кризисе производства и следующем из него кризисе общественного доверия к национальной валюте происходит обратный процесс, когда все участники товарооборота, ожидая тотального банкротства, пытаются превратить меновую стоимость в потребительную.


Рис. 24. Удельный вес различных форм денег


Таким образом, бегство общества от какого-то одного вида денег в эпоху кризиса свидетельствует о том, что этот вид утратил функции денег и поэтому вытесняется из денежного оборота. До кризиса его считали деньгами, а в период кризиса и после него его просто не принимают.

При нормальном же развитии вещная составляющая форм денег стремится к нулю, так как улучшение обращаемости денег ведет к уменьшению представления информации об обязательстве в вещной форме. Это можно показать на следующем примере.

В Древнем Вавилоне обязательства (векселя) исполнялись на каменных табличках весом до килограмма, в Дремнем Риме — на глиняных табличках весом до 300 г. Затем носителем такой информации стал пергамент весом 100 г, с XV в. — бумага (10 г), а сейчас почти повсеместно используются электронные носители, где одно обязательство занимает около 100 тыс. молекул кремния — намного меньше 1 мг. Развитие же электронной техники и «уменьшение коэффициента трения информации»[147] Билла Гейтса при создании квантового компьютера уменьшит его носитель до 10—100 атомов.

Теперь ценность товара полностью отделена от его физической оболочки и выступает в отчетливой общественной форме, не нуждаясь более в прикреплении к какому-нибудь товарному телу. Она выступает как общественный символ физического товара и в качестве такового функционирует, опираясь лишь на общественную гарантию. Ценность теперь выражается просто числом, достоверность которого подтверждается соглашением отдельных лиц, а также соглашением общества с государством. Последнее от имени общества и на основе данных ему обществом полномочий посредством соответствующего законодательства и установленных процедур гарантирует эту достоверность.

Таким образом, общественная роль денег как представителя ценности означает, что все виды рыночных денег — это полноценные деньги независимо от того, имеют они или не имеют телесное содержание. Полноценность денег определяется не их существованием в сугубо телесной форме, а их способностью в полной мере выполнять те функции, которые диктуются требованиями соответствующего этапа развития товарных отношений[148].


Анализ движения форм денег


Обращаясь к анализу ст. 128 ГК РФ, будем исходить из того, что из экономической природы денег следует: нельзя говорить о правовой природе денег вообще. Можно говорить лишь о правовой природе и соответствующем ей правовом режиме конкретного вида имущественных благ, который выполняет функции денег[149].

Анализируя таблицу форм денег (см. табл. 3), таблицу вещных и обязательственных составляющих в различных формах денег (см. табл. 7), а также соответствующие графики, можно прийти к выводу о том, что происходит эволюционное вытеснение одних форм денег другими формами, более подходящими для соответствующего уровня производственных отношений, и в современной экономике в обращении существуют буквально все формы денег, имеющие, однако, разный процент распространенности в экономических отношениях.

Также следует обязательно сказать о том, что, согласно М.А. Портному, разные формы денег имеют отличные друг от друга способности исполнять функции денег. Например, недостаточно хороши банкноты как средство сохранения ценности (накопления), именные кредитные векселя — как средство обращения, финансовые деньги — как средство обращения и средство платежа. При этом все они хороши как мера ценности[150].

Особо стоит отметить следующие тенденции:

•   абсолютное большинство форм современных денег — обязательственные;

•   наиболее развивающейся сейчас формой денег являются финансовые деньги;

•   развитие электронных систем доступа к депозитным и финансовым деньгам (систем e-banking и e-trading) позволяет их держателям уменьшать «неработающие» суммы депозитных денег путем краткосрочного их вложения в фондовые деньги, что оказывает существенное воздействие на глобальную ликвидность всей мировой системы;

•   спиральное развитие истории показывает нам пример того, как человечество, познав «портфельное» распределение финансовых денег по отраслям экономики для придания большей устойчивости, изобрело устойчивые «портфельные» депозитные деньги (SDR, ECU) и даже банкноты (EURO);

•   развитие товарных рынков и электронных систем доступа к торгам натуральными продуктами, а также применение «линейки ликвидности» как механизма, присущего депозитным деньгам, в секторе контрактов на биржевые товары позволяют инвестиционным фондам держать существенную часть своих средств в биржевых товарах, таких как нефтепродукты, цветные и черные металлы и даже концентрат апельсинового сока, что опять наделяет натуральные товарные деньги функцией накопления (рис. 25).


Рис. 25. Расширение области применения специфических функций денег


Проведение международных сделок, таких, например, как «нефть — на продовольствие» между Ираком и международным сообществом, погашение Ираком кредитов России нефтью и нефтепродуктами, «подношения» государственным чиновникам ряда развивающихся стран в виде эшелонов с нефтепродуктами, заставляет нас сделать вывод о наметившейся тенденции получения некоторыми биржевыми товарами функции обращения и, следовательно, о превращении этих товаров в деньги.

Такие биржевые товары в обращении принимают следующие формы:

•   именные ценные бумаги в виде складских расписок, коносса-ментов;

•   предъявительские ценные бумаги в виде складских расписок

на предъявителя, коноссаментов «по предъявлению»;

•   «металлические» и иные товарные счета, возникающие в результате размещения товаров в специализированных хранилищах. Наиболее известным таким хранилищем драгметаллов, дающим право безналичных операций между клиентами, является канадская «Китко». Также широко известно безналичное обращение таких товаров и прав на них на различных товарных биржах Запада, среди которых по популярности и объему торгов выделяются Чикагская товарная и Лондонская металлическая биржи.

Таким образом, можно констатировать, что историческое спиралевидное развитие форм денег выводит на новый уровень все виды существующих денег.

В настоящее время формы денег, имеющие обязательственную природу, обслуживают подавляющее большинство сделок. Применение к ним вещных правил обращения не только недопустимо, но и создает огромные проблемы в обращении денег, а следовательно, негативно влияет на кредитно-денежную систему и развитие экономики в целом.

Многие юристы утверждают, что те или иные формы денег недостаточно хорошо выполняют те или иные функции денег. Особенно много нападок на функцию платежа, выполняемую ценными бумагами. Здесь мы еще раз подчеркнем, что ни одна форма денег не выполняет идеально ни одну функцию (табл. 9).


Примечание. Б — банки, ПФ — пенсионные фонды, СО — страховые общества, ИФ — инвестиционные фонды.


### Часть IV. ОШИБКИ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА И РОЛЬ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ТЕОРИИ


Происхождение ошибки


> Вещами в смысле закона признаются лишь материальные предметы.

> Германское гражданское уложение, § 90


Ошибка по поводу природы денег в российском гражданском законодательстве возникла из-за того, что за его основу было принято римское право без учета новых явлений в денежном обращении и денежной системе.

Действительно, в Древнем Риме деньгами были только вещи — металлы (медь, серебро, золото), поскольку при том уровне товарных отношений не были в ходу ассигнации и векселя.

Со времен Древнего Рима жизнь существенно изменилась. Естественно, эволюция коснулась и денег. А современные законотворцы, реципировавшие римское право в ГК РФ, не учли, что металл уже давно не выполняет функции меры стоимости и при проведении сделки уже не нужен весовщик с весами и гирями.

Возможно, данная ошибка — следствие неверного перевода с латыни, поскольку латинское слово «res» имело два следующих значения:

1) отдельная, юридически самостоятельная материальная вещь с четкими пространственными границами;

2) любой объект (в том числе и нематериальный — jura) частного права или гражданского процесса (ausa), а также целый имущественный комплекс (bona, hereditas; patrimonium)[151].

Тай[152] так и делит вещи на телесные (corporales), которые можно осязать (quae tangi possunt), и бестелесные (incorporales), которы нельзя осязать (quae tangi поп possunt). Гай подразумевает под последними не вещи в смысле предметов внешнего мира, а именно права[153]. «Бестелесные — это те вещи, которые не могут быть осязаемы, к таковым принадлежат те, которые заключаются в праве, например, наследство, узуфрукт, обязательства, каким бы то ни было образом заключенные, и нисколько не важно то, что в наследство заключаются физические вещи... а также и то, что нам следует по какому-либо обязательству, большей частью есть физический предмет... но самое право наследования, право узуфрукта, обязательственное право считаются res incorporales, т.е. бестелесными вещами»[154] (Gai.2.14). Этот фрагмент дословно перенесен и в Дигесты[155] (D.1.8.1).

Современное же российское право признает под понятием «вещь» лишь предметы материального мира, находящиеся в естественном состоянии в природе или созданные трудом человека[156].

Как разъяснял Н.О. Нерсесов, «ссылка на римское право (здесь. —А.Г.) неуместна, потому что ценные бумаги суть продукт культурной жизни новых народов, следовательно, нельзя применять к ним нормы чуждого им римского права. Это последнее имеет для настоящего времени интерес исторический и служит прекрасной школой для подготовления юристов, но нельзя искать в нем ответа на все вопросы, встречающиеся в жизни других народов во всякое время»[157].

«Большинство юристов, рассматривающих современные правовые явления по преимуществу с точки зрения римского права, приходят к результатам неудовлетворительным и несоответствующим требованиям действительной жизни»[158].

Более подробно Н.О. Нерсесов конкретизирует это положение на примере вредоносного влияния римского права на развитие товарооборота при помощи ценных бумаг на предъявителя во Франции.

«Удобства рассматриваемой формы обязательства в отношении облегчения уступки прав требования стали парализироваться постепенным развитием теоретической юриспруденции. История развития юридической мысли Франции того времени, без сомнения, находилась под сильным влиянием римского права.

Юристы при объяснениях различных институтов гражданского права все более и более стали прибегать к римскому праву. Это последнее, называемое droit соттип еще юристом XIII в. Веаите-noir, с течением времени стало в глазах юристов, воспитывавшихся под исключительным его влиянием, как высшее право, autorite.

Влияние римского права отразилось с невыгодной стороны на теоретическом обосновании несовершенных бумаг на предъявителя. Будучи продуктом обычного права Франции, эти обязательства не подходили под строгие начала римского договорного права. Тонкий анализ юридических понятий был чужд юридическому гению французов XIII в.; здравый рассудок народа, проявившийся в отрывочных мнениях немногочисленных профессиональных юристов того времени, а также в юридических обычаях, рассматривал предъявителя (porteur de lettre) как самостоятельного кредитора по долговому документу.

Между тем позднейшие юристы, более подготовленные теоретически, стали применять римскую теорию мандата к предъявителю, владельцу документа. Такой переход, впрочем, совершался постепенно. Так, юрист XV в. Ioannes Gallus, хотя считает предъявителя (porteur) мандатарием, но право его по документу не прекращается смертью доверителя.

Особенно подробно говорит об этих обязательствах юрист XVI в. Ребуф (Rebuffus), который старается примирить теорию мандата с самостоятельным юридическим положением владельца при посредстве предположения (презумпции). По его мнению, предъявитель имеет всегда право иска в силу предположения, что документ перешел к нему по титулу доверенности; к этому он еще присоединяет другое основание, что должник не может выставить какие-либо возражения, ибо он сам обещался произвести уплату всякому предъявителю.

В результате точка зрения римского права восторжествовала окончательно, т.е. что предъявитель есть лишь осуществитель прав другого лица, первоначального кредитора, а потому он должен был представить или доверенность, если выступал от имени принципала, или же доказательство учиненной cessio, если он действовал от своего имени.

Эта точка зрения отразилась и на позднейших редакциях кутю-мов, составленных, без сомнения, под влиянием теоретически образованных юристов. Некоторым исключением являются кутю-мы Орлеана. В первой редакции их (1509) в главе XXI Des executions faites par vertu de lettres obligatoires etc., art. 348, говорится, что "porteur de lettres obligatoires" (предъявитель) может действовать по отношению к должнику так, как будто бы он был самостоятельный кредитор. Эта статья осталась без изменения и в следующей исправленной редакции 1583 г., только под другими цифрами, а именно в главе XX, art. 432.

Из приведенной статьи видно, что porteur (предъявитель) является более самостоятельным, чем обыкновенный мандатарий; это вытекает особенно из второй половины статьи, где сказано, что предъявитель может продолжать процесс (о взыскании с должника) и по смерти кредитора.

Заметим здесь, что один из новейших французских юристов, Amedee Petit, основываясь на приведенной выше ст. 432 кутюмов Орлеана, издания 1583 г., находит, что в это время были известны уже настоящие бумаги на предъявителя. При этом он ссылается на авторитет Потье. Действительно, этот ученый объясняет фразу в ст. 432 "si а се ledit debteur est oblige" в том смысле, что должник обязался по договору уплатить предъявителю, и затем прибавляет, что в торговых делах эти билеты "sont encore autorises". Мнение Потье опровергается второй половиной той же фразы "сотте seroit (porteur) le creancierprincipal", из которой прямо видно, что здесь говорится о несовершенной форме обязательства на предъявителя, примеры которой мы приводили выше, т.е. где должник обязывается уплатить определенному первоначальному кредитору или предъявителю документа.

Предъявитель документа {porteur de lettres obligatoires) имел характер судебного представителя, что видно из сравнения с другими однородными постановлениями кутюмов. Так, в кутюмах 2 de Montargis 1531 г., в гл. XX "^'executions de lettres obligatoires" art. повторяет содержание ст. 432 кутюмов Орлеана, а следующая, 26 статья, говорит, что "lettres obligatoires" не могут быть приводимы в исполнение предъявителем после смерти кредитора и что наследники этого последнего могут требовать исполнения от должника.

Из того обстоятельства, что право предъявителя продолжать взыскание с должника прекращается со смерти кредитора, с очевидностью вытекает, что такой предъявитель считался только поверенным, действующим от имени принципала, первоначального кредитора.

В кутюмах de Blois 1523 г., гл. XXIII, art. 250 повторяется то же самое. В примечании в этой статье юрист XVI в. Julien Brodeau говорит, что "porteur de lettres obligatoires" есть обыкновенный поверенный (procureur).

Таким образом, обязательства с предъявительской формой, которые по мере развития гражданских отношений должны были оказаться удобными с точки зрения легкой передаваемости прав требования, наоборот, потеряли свое первоначальное значение в XVI в. под влиянием юристов, воспитанных в духе римского права, так что к этому времени они существенно не отличались от простых именных обязательств»[159].


Доказательство неизбежности наличия ошибок в законах


Теория ошибок — раздел математической статистики, на основе которого разработана методика выявления и оценки погрешностей (ошибок). Будучи окончательно разработанным мощным математическим аппаратом, она имеет междисциплинарное значение и может быть применима на любом понятийном аппарате и в любой области — в физике, химии, биологии, социологии, истории и в том числе в юриспруденции.

В теории сложных систем доказано, что любая сложная система (система, состоящая из большого числа сложных, взаимосвязанных элементов со сложными и многообразными связями) обязательно содержит одну или более ошибок. Причем, зная приблизительную сложность системы и вероятность ошибки, можно достаточно точно вычислить их количество.

Это правило особенно часто используется в информатике и ее части — программировании, где известно, что любая сложная программа обязательно содержит ошибку (ошибки). Примером может являться программа Windows 95, которая, будучи выпущена огромной корпорацией Microsoft, все же содержит большое количество ошибок, обнаруживаемых почти любым грамотным пользователем. Наличие ошибок в этой программе закономерно — ведь ее объем на твердом диске составляет 80 Мегабайт, что равно 640 ООО ООО ООО элементарных бит.

Одними из признаков сложной системы являются сложность понятийного аппарата и сложность отношений между понятиями. Например, в двоичном коде всего два понятия: ноль и единица, отношений тоже два: сложение и отрицание. В то же время в математическом анализе понятие переменной определить уже сложнее, да и отношения интеграла или факториала тоже простыми назвать нельзя. В законодательстве же очень сложны и понятия (например, бандитизм или контрабанда), и возникающие между ними логические отношения включения, исключения, сложного равенства и т.д. Необходимо также отметить чрезвычайно большое количество понятий, используемых в праве, и очень большое количество различных по типу взаимосвязей между самыми различными нормами как внутри законов, так и между ними. Следовательно, можно с уверенностью утверждать, что с точки зрения математической статистики право является сложной системой. Тогда, зная, что:

•   законодательство — сложная система,

•   сложная система — обязательно содержит ошибки, выведем, что законодательство обязательно содержит ошибки, и чем сложнее и разветвленнее законодательство, тем больше в нем ошибок.

Исходя из изложенного следует, что во многих объемных по содержанию и сложных законах весьма вероятно наличие ошибок.

Исходя из теории сложных систем можно выявить следующую закономерность:

N~ С,

где N— количество ошибок; С — кибернетическая (информационная) сложность нормы.

Соответственно сложность прямо пропорциональна:

1) объему нормы (О);

2) количеству правовых связей между понятиями (СП): С~ ОхСП.

Известно также, что чем более «обкатана» норма, чем более продумана, чем больше экспертиз и обсуждений она прошла, тем меньше она содержит ошибок, т.е.

N~ 1/ЧЭ, где ЧЭ — число экспертиз.

Также на «обкатанность» влияет применяемость нормы. Очевидно, что норма о краже, применяемая судами довольно часто, осмыслена лучше, чем, например, норма об измене родины, применяемая крайне редко:

N~ 1/ЧП, где ЧП — число применений.

Тогда получим:

N-O x СП/ЧП х ЧЭ.


Исходя из этой формулы можно сказать, что больше ошибок в нормах, которые:

1) сложны по формулировке;

2) сильно взаимосвязаны;

3) приняты наспех;

4) сформулированы без учета положительного опыта зарубежного законодательства;

5) заимствованы из законодательства другой страны, но в неточном переводе;

6) ранее не применялись, т.е. приняты впервые.

Почти всем этим условиям отвечают главы ГК РФ о деньгах, ценных бумагах, банковских операциях и доверительном управлении.

И хотя мы обязаны соблюдать законы (даже если в них есть ошибки), их не следует считать догмой. Необходимо способствовать устранению противоречий в законодательстве по мере их обнаружения.


Почему в континентальном (в том числе российском) законодательстве много ошибок


Экономическая теория учит, что роль базиса первична, а роль надстройки вторична. Перенося данное учение на область гражданского права, можно утверждать, что производительные силы и производственные отношения (базис) формируют норму поведения субъекта в обществе, а государство, признавая данную норму, переводит ее в ранг правовой (надстройка).

По мере развития производственных отношений — базиса старые нормы поведения отмирают или видоизменяются, возникают новые, что создает предпосылки для своевременной корректировки правовой надстройки — законодательства.

Такая корректировка проще проводится в англо-американском праве, нежели в континентальном (в том числе российском).

В англо-американской системе признается, что сначала норму формирует жизнь, а потом ее регулирует закон. Принцип «норма первична, закон вторичен» реализован принципом «право справедливости выше общего права».

В России, как и в континентальной Европе, реализована немецкая нормативистская теория, использующая принцип «закон превыше всего». При этом никто не обращает внимания на то, что правовая надстройка — законодательство иногда не соответствует изменившемуся базису и закон иной раз просто тормозит развитие нормальных экономических отношений.

В США и Англии правильное и своевременное решение по конкретному делу может принять суд, основываясь на принципе «право справедливости выше общего права». В России же необходима длительная процедура принятия изменений или дополнений к закону, что субъективно обеспечивает более долгий «срок жизни» законодательной ошибки.

До тех пор пока в России экономические отношения будут зависеть от правовой нормы, а не наоборот, мы обречены руководствоваться законодательством, содержащим большое количество ошибок, тратя силы не на плодотворную деятельность, а на преодоление барьеров, препятствующих развитию рыночных отношений.


## Литература

1. Агарков М.М. Учение о ценных бумагах. М., 1993.

2. Барр Р. Политическая экономия: В 2 т. Т. 2. М., 1995.

3. Бартошек М. Римское право (понятия, термины, определения): Пер. с чешек. М., 1989.

4. Баскакова М.А. Толковый юридический словарь бизнесмена. М., 1994.

5. Белов В.А. Кое-что о конвертируемости валют // Бизнес и банки. 1996. № 26.

6. Белое В.А. Ценные бумаги в российском гражданском праве. М., 1996.

7. Берже П. Денежный механизм. М., 1993.

8. Березина М.П. Кредитные деньги: научное эссе с пользой для практики // Бизнес и банки. 2003. № 21—22.

9. Бусленко Н.П., Калашников В.В., Коваленко И.Н. Лекции по теории сложных систем. М., 1973.

10. Вулфел Ч.Дж. Энциклопедия банковского дела и финансов. Самара, 2000.

11. Гай. Институции. Кн. 1-4. М., 1997.

12. Гейтс Б. Дорога в будущее. М., 1997.

13. Германское право. Ч. 1: Гражданское уложение. М., 1996.

14. Грязнова А.Г. Финансово-кредитный энциклопедический словарь. М.,2002.

15. Дайджест экономической теории: Учеб. пособие / Под ред. В.М. Соколинского. М., 1998.

16. Дигесты Юстиниана. Избранные фрагменты. М., 1984.

17. Ефимова Л.Г. Возможна ли уплата налогов «мертвыми» деньгами? // Бизнес и банки. 1998. № 42.

18. Капелюшников Р.И. Экономическая теория прав собственности (методология, основные понятия, круг проблем). М., 1991.

19. Кац Л.З., Малышев В.П. Энциклопедия бумажных денежных знаков России. СПб., 1998.

20. Кашин Ю.И. К вопросу о модификации функций денег // Деньги и кредит. 2002. № 1.

21. Кириллов В.И., Старченко А.А. Логика. М., 1995.

22. Денежное обращение и кредит при капитализме / Под ред. Л.Н. Красавина. М., 1980.

23. Международные валютно-кредитные и финансовые отношения / Под ред. Л.Н. Красавина. М., 2000.

24. КриббД. Деньги. Дорлинг Киндерсли, 1999.

25. Кривцов В.Д. Аверс: Каталог для коллекционеров. М., 1999.

26. Курс экономической теории / Под ред. М.Н. Чепурина, Е.А. Кисилевой. Киров, 1997.

27. Лазарев В.В. Пробелы в праве и пути их устранения. М.,1974.

28. Лаврушин О.И. Деньги, кредит, банки. М., 1999.

29. Лондон Д. Перья Солнца. М., 1999.

30. Макконнелл К.Р., Брю СЛ. Экономикс: Принципы, проблемы и политика. М., 1992.

31. Мальцев Ю., Шкаринов И. К проблеме безакцептного и бесспорного списания денежных средств с корсчетов банков // Бизнес и банки. 1996. № 22-23.

32. Маркс К. Капитал. К критике политической экономии. Т. I // Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 23. М., 1960.

33. Марченко М.Н. Общая теория государства и права. М., 1998.

34. Мельникова А.С. Деньги России. М., 2000.

35. Микроэкономика. Теория и российская практика: Учебник для вузов / Под ред. А.Г. Грязновой и А.Ю. Юданова. М., 1999.

36. Михаэлис А.Э., Харламов Л.А. Бумажные деньги России. Пермь, 1993.

37. Миллер Р.Л., Ван-Хуз Д.Д. Современные деньги и банковское дело. М., 2000.

38. Мэнкью Н.Г. Принципы экономике. СПб., 1999.

39. Мурзин Д.В. Ценные бумаги — бестелесные вещи. Правовые проблемы современной теории ценных бумаг. М., 1998.

40. Нерсесов О.Н. Представительство и ценные бумаги в гражданском праве. М., 1998.

41. Нерсесянц B.C. История политических и правовых учений. М., 1998.

42. Нерсесянц B.C. Философия права. М., 1998.

43. Новицкий И.Б., Перетерский И.С. Римское частное право. М., 1996.

44. Норт Д. Институты, институциональные изменения и функционирование экономики. М., 1997.

45. Общая экономическая теория. Политэкономия / Под ред. В.И. Видяпина, Г.П. Журавлевой. М., 1995.

46. Орленко Л.В. История торговли. М., 2006.

47. Полное собрание Законов Российской Империи. Т. 15. Шифр: Е 121/1; Н 19/3158.

48. Полтерович В.М. На пути к новой теории реформ // Экономическая наука современной России. 1999. № 3.

49. Портной М.А. Деньги: их виды и функции. М., 1998.

50. Познер Р. Экономический анализ права. М., 2005.

51. Российская юридическая энциклопедия. М., 1999.

52. Райзберг Б.А., Лозовский Л.Ш., Стародубцева Е.Б. Современный экономический словарь. М.: ИНФРА-М, 2006.

53. Саватье Р. Теория обязательств. М., 1972.

54. Садиков О.Н. Комментарий к Гражданскому кодексу РФ, части первой. М., 1995.

55. Скловский К.И. Собственность в гражданском праве. М., 1999.

56. Соколинский В.М. Государство и экономика: Учеб. пособие. М., 1997.

57. Суханов Е.А. Объекты права собственности // Закон. 1995. № 4.

58. Суханов Е.А. Гражданское право. Т. 1. М., 1998.

59. Шершеневич Г.Ф. Учебник русского гражданского права. М., 1995.

60. Экономика: Учебник по курсу «Экономическая теория» / Под ред. А.С. Булатова. М., 1997.

61. Экономическая теория: Учебник для вузов / Под ред. В.Д. Ка-маева. М., 1998.

62. Экономическая теория (политическая экономия): Учеб. пособие / Под ред. А.Г. Грязновой, Т.В. Чечелевой. М., 1997.

63. Экономическая теория национальной экономики и мирового хозяйства (Политическая экономия): Учеб. пособие. Под ред. А.Г. Грязновой, Т.В. Чечелевой, М., 1997.

64. Эннекцерус Л. Курс германского гражданского права. М., 1950.

65. Энциклопедия банковского дела и финансов / Под ред. Ч.Дж. Вулфела. Самара, 2000.

66. Хайек Ф.АЧастные деньги. Тверь, 1996.

67. Харрис Л. Денежная теория. М., 1990.

68. Хикс Дж.Р. Стоимость и капитал. М., 1993.

69. Церетели СБ. О системе логического развития форм мысли // Вопросы философии. 1967. № 2.

70. Encyclopedia Amerikana. Vol. 19. 1988.

71. Clifford Chance Moscow office «Обзор выпуска еврооблигаций». Март 1997.

72. Pick Albert, Colin R. Bruce II, Neil Shafer. Standard catalog of world paper money. IolaWI, 1960.

73. http:/www.i-a-m.ws/

74. http:/www.inline.ru

# Примечания

1

Крайне редко встречается на практике. Обращение денег как вещно-обязательственных комплексов с сопоставимыми по значению составляющими в данной работе не рассматривается.

2

История политических и правовых учений / Под ред. B.C. Нерсесянца. М., 1998. С. 84-86.

3

Маркс К., Энгельс Ф. Соч. 2-е изд. Т. 37. С. 417.

4

Отзыв официального оппонента на диссертацию А.Ю. Грибова на тему «Институциональная природа современных денег и ценных бумаг».

5

Подробнее см.: Яровицкий В. Словарь-справочник по современным деньгам и денежным институтам //http://www.yur.ru/money/sprav/l.html

6

Райзберг Б.А., Лозовский Л.Ш., Стародубцева Е.Б. Современный экономический словарь // http://www.smartcat.ru/Terms/term_10234006.shtml

7

Познер Р. Экономический анализ права: В 2 т. М., 2005. (Заметим, что Р. Познер не экономист, а судья.)

8

Hirshleifer J. Evolutionary models in economics and law: cooperation versus conflict strategies // Research in Law and Economics. 1982. Vol. 4. P. 2—4 (цит. по: Капелюш-ников Р.И. Экономическая теория прав собственности (методология, основные понятия, круг проблем). М., 1991 // http://lib.web-malina.com/getbook. php?bid=2197&page=10

9

См.: Ярцева Н.В. Современные концепции экономической мысли: Учеб. пособие // http://irbis.asu.rU/mmc/econ/u_sovrcon/4.4.5.ru.shtml

10

См.: Posner R.A. Economic analysis oflaw. Boston, 1972. P. 102.

11

Подробнее см.: Термины современной рыночной экономики //  http://sre.mnogosmenka.ru/sre0721/sre0727.htm

12

Эволюционный институционализм утвердился как особое направление в 1982 г., когда была опубликована книга Р. Нельсона и С. Уинтера «Эволюционный анализ экономических изменений» (An Evolutionary Theory of Economic Change), изданная на русском языке в 2000 г. Эволюционные изменения исследуются в зарубежной и российской экономической литературе достаточно полно: Й. Шумпетер, Р. Нельсон и С. Уинтер, У. Ростоу, М. Тодаро, У. Льюис, Р. Нуреев, В. May, А. Илларионов, С. Бессонов, Д. Норт, Р. Хардин, Б. Вайнгаст, П. Милгром.

13

Норт Д. Институты, институциональные изменения и функционирование экономики. М.: Начала, 1997. С. 32

14

Например, заимствованные из-за границы формальные правила игры не соответствуют обычаям и традициям, принятым в данном обществе, и такое заимствование не будет иметь успеха. Происходит торможение экономического развития, порождаемое преобладанием местных неформальных правил.

15

Полтерович В.М. На пути к новой теории реформ // http://ecsocman.edu.ru/ecr/ msg/182837.html

16

См.: Капелюшников Р.И. Экономическая теория прав собственности (методология, основные понятия, круг проблем). М., 1991 // http://lib.web-malina.com/ getbook.php?bid=2197&page=10

17

Мурзин Д.В. Ценные бумаги — бестелесные вещи. Правовые проблемы современной теории ценных бумаг. М., 1998. С. 16.

18

Суханов Е.А. Гражданское право. Т. 1. М., 1998. С. 297.

19

Церетели С.Б. О системе логического развития форм мысли // Вопросы философии. 1967. № 2. С. 79.

20

Суханов Е.А. Объекты права собственности // Закон. 1995. № 4. С. 94.

21

Для успокоения читателя скажем, что Y имеет право требовать уплаты от Х за счет принадлежащих Х на праве собственности вещей или иных прав, например права владения и пользования 10 кг серебра в форме индивидуально определенного слитка с клеймом Z на еще 360 дней.

22

Комментарий к Гражданскому кодексу РФ, части первой / Отв. ред. О.Н. Садикова. М., 1995. С. 179.

23

Art. 965 des SchweizerischenObligationenrechts //  http://www.admin.ch/ch/d/sr/220/ a965.html

24

К которым относятся договоры (контракты).

25

Федеральный закон от 29 декабря 1994 г. № 77-ФЗ «Об обязательном экземпляре документов» определяет документ как «материальный носитель с зафиксированной на нем информацией в виде текста, звукозаписи (фонограммы), изображения или их сочетания, предназначенный для передачи во времени и пространстве в целях общественного использования и хранения» (ст. 1). Федеральный закон от 27 июля 2006 г. № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» гласит, что «документированная информация — зафиксированная на материальном носителе путем документирования информация с реквизитами, позволяющими определить такую информацию или в установленных законодательством Российской Федерации случаях ее материальный носитель...» (ст. 2).

26

Автор считает, что ценная бумага может определять и публичное право (государственная облигация — обязательство министерства финансов).

27

Нерсесов Н.О. Представительство и ценные бумаги в гражданском праве. М., 1998. С. 138-142.

28

Ценную бумагу следует считать односторонним контрактом, так как для ее выпуска необходимо желание лишь одной стороны — эмитента, хотя для обращения необходима еще одна сторона — держатель.

29

Chance Clifford: Обзор выпуска еврооблигаций. 1997. Март.

30

НерсесовН.О.Указ.соч.С.201.

31

Нерсесов Н.О. Указ. соч. С. 199.

32

Нерсесов Н.О. Указ. соч. С. 22.

33

Нерсесов Н.О. Указ. соч. С. 205.

34

Нерсесов Н.О.Указ.соч. С. 205.

35

Мурзин Д.В. Ценные бумаги — бестелесные вещи. Правовые проблемы современной теории ценных бумаг. М., 1998. С. 16.

36

Мурзин Д.В. Указ.соч.С.ЗО.

37

Шершеневич Г.Ф. Учебник русского гражданского права. М., 1995. С. 156.

38

Саватье Р. Теория обязательств. М., 1972. С. 109.

39

Агарков М.М. Учение о ценных бумагах. М., 1993.

40

Эннекцерус Л. Курс германского гражданского права. М., 1950. С. 27.

41

Скловский К.И. Собственность в гражданском праве. М., 1999. С. 57.

42

Мельникова А.С. Деньги России. 1000 лет. М., 2000. С. 234.

43

Encyclopedia Amerikana. Vol. 19. 1988. P. 349.

44

Российская юридическая энциклопедия. М., 1999. С. 719—720.

45

Барр Р. Политическая экономия. Т. 2. М., 1995. С. 281.

46

Rist С. Histoire des doctrines relatives a la monnaie et au credit. Paris, 1938.

47

Макконнелл K.P., Брю С.Л. Экономикс: Принципы, проблемы и политика. М., 1992.С. 265.

48

Маркс К., Энгельс Ф. Соч. 2-е изд. Т. 46. Ч. I. С. 87.

49

Маркс К. Капитал. К критике политической экономии. Т.1// Маркс К., Энгельс Ф. Соч.Т. 23.С. 151.

50

Красавина Л.Н. Денежное обращение и кредит при капитализме. М., 1989. С. 9.

51

Грязнова А.Г. Финансово-кредитный энциклопедический словарь. М., 2002. С. 267.

52

Лаврушин О.И. Деньги, кредит, банки. М., 1999. С. 9.

53

Берже П. Денежный механизм. М., 1993. С. 21.

54

Харрис Л. Денежная теория. М.: Прогресс, 1990. С. 75.

55

Мэнкью Н.Г. Принципыэкономикс. СПб., 1999.

56

Вулфел Ч.Дж. Энциклопедия банковскогоделаифинансов. М., 2000. С. 290.

57

Грязнова А.Г. Указ.соч.С.267.

58

Березина М.П. Кредитные деньги: Научное эссе с пользой для практики // Бизнес и банки. 2003. № 21-22.

59

Цит. по: Борисов Е.Ф. Экономическаятеория: Хрестоматия. М., 2000. С. 20.

60

Лаврушин О.И. Указ. соч. С. 13.

61

Макконнелл К.Р., Брю С.Л. Экономикс. С. 264.

62

См.: Маркс М. Капитал. К критике политической экономии. Т. 1 // Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 23. С. 118-151.

63

См.: Самуэльсон П. Экономика. Т. I. М., 1992. С. 258; Долан Э.Дж., Кэмпбелл К.Д., Кэмпбелл Р.Дж. Деньги, банковское дело и денежно-кредитная политика. М.-Л., 1991. С. 30-34; Берже. П. Денежный механизм. М., 1993. С. 13-15.

64

См.: Кашин Ю.И. К вопросу о модификации функций денег // Деньги и кредит. 2002. № 1. С. 64-66.

65

Цит. по: Борисов Е.Ф. Указ. соч. С. 22.

66

Маркс К. Капитал. К критике политической экономии. Т. 1 // Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 23.

67

Маркс К. Капитал. К критике политической экономии. Т. 1 // Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 23.

68

Портной М.А. Деньги, их виды и функции. М., 1998. С. 22—23.

69

Красавина Л.Н. Международные валютно-кредитные и финансовые отношения. М., 2000. С. 34.

70

Исключение составляют операции субъектов с банками, имеющими соответствующую лицензию.

71

См. Федеральный закон от 9 октября 1992 г. № 3615-1 «О валютном регулировании и валютном контроле».

72

Макконнелл К.Р., Брю С.Л. Экономикс. М., 1992. Т.1.С. 264.

73

При условии, что местные продавцы повсеместно принимают чеки в качестве платежного средства за товары и услуги как при розничных, так и при оптовых продажах. — Примеч. авт.

74

Портной A.M. Деньги: их виды и функции. М.: Анкил, 1998. С. 7.

75

Мелышкова А.С. Деньги России. 1000 лет. М., 2000. С. 18.

76

Крибб Дж. Деньги. Дорлинг Киндерсли, 1999. С. 8.

77

Барр Р. Указ. соч. С. 283.

78

Орленко Л.В. История торговли. М., 2006. С. 58.

79

Орленко Л.В. История торговли. М., 2006. С. 59.

80

Портной М.А. Деньги: их виды и функции. С. 32.

81

Мэнкью Н.Г. Принципы экономикс. СПб., 1999. С. 589.

82

Цит по: Барр Р. Политическая экономия. Т. 2. М., 1995. С. 283.

83

Хайек Ф.А. Частные деньги. Тверь, 1996. С. 49.

84

Портной М.А. Указ. соч. С. 59.

85

Мельникова А.С. Указ.соч.С.45.

86

В те времена в России обязательственными составляющими в товарных деньгах стали так называемые «дрогичинские пломбы», являвшиеся свинцовыми печатями на вытертых меховых шкурках (см.: МельниковаА.С. Указ. соч. С. 18).

87

Крибб Дж. Указ. соч. С. 10.

88

Орленко Л.В. История торговли. М., 2006. С. 217.

89

Мэнкью Н.Г. Указ. соч. С. 589.

90

Орленко Л.В. История торговли. М., 2006. С. 108.

91

Викинги, чеченцы, тюрки и др.

92

Портной М.А. Указ. соч. С. 14.

93

Березина М.П. Указ. соч.

94

Березина М.П. Указ. соч.

95

Российская юридическая энциклопедия. М., 1999. С. 720.

96

Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 25. Ч. I. С. 444.

97

Орленко Д.В. История торговли. М., 2006. С. 92.

98

Близка по задачам к российской Федеральной службе охраны.

99

Цит. по: Вулфел Ч.Дж. Энциклопедия банковского дела и финансов. Самара, 2000. С. 290.

100

Международные валютно-кредитные и финансовые отношения / Под ред. Л.Н. Красавиной. М., 2000. С. 34.

101

Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 13. С. 107-108.

102

Орленко Л.В. История торговли. М., 2006. С. 92.

103

Полное собрание Законов Российской Империи. Т. 15. Шифр: Е 121/1; Н, 19/3158.

104

Михаэлис А.Э., Харламов Л.А. Бумажные деньги России. Пермь, 1993. С. 3.

105

См.: Российская юридическая энциклопедия. М., 1999..

106

«Сегодня не осталось ни одной страны, сохранившей обратимость банковских билетов в золото» (Барр Р. Указ. соч. С. 288).

107

Кац Л.З., Малышев В.П. Энциклопедия бумажных денежных знаков России. Т. 1. СПб., 1998. С. 591.

108

Видимо, имелись в виду натуральные товарные деньги — золотые, серебряные и т.д.

109

Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 25. Ч. 11. С. 121.

110

Белов В.А. Кое-что о конвертируемости валют // Бизнес и банки. 1996. № 26.

111

Мэнкью Н.Г. Указ. соч. С. 589.

112

См.: Орленко Л.В. Историяторговли. М., 2006. С. 91.

113

См.: Портной М.Л. Указ. соч.

114

См.: Маркс К. Капитал. К критике политической экономии. Т. I // Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 23. М., 1960. С. 136.

115

Ефимова Л.Г. Возможна ли уплата налогов «мертвыми» деньгами? // Бизнес и банки. 1998. Окт.

116

В виде разницы между обязательственной и вещной составляющей денег.

117

Орленко Л.В. История торговли. М., 2006. С. 90.

118

Кривцов В.Д. Указ. соч. С.71.

119

Аникин А.В. Англо-русский словарь по экономике и финансам. СПб., 1993.

120

Грозовский Б., Сухманский М. Дороже денег // Ведомости. 2006. № 69 (1596). 19 апр.

121

Отсюда со всей ясностью следует, что устойчивость валюты зависит прежде всего от способности государства собирать налоги.

122

Хикс Дж.Р. Стоимость и капитал. М.: Прогресс, 1993. С. 277.

123

После войны 1812 г. указание на год чеканки монеты в банкнотах пропадает.

124

Кривцов В.Д. Аверс: Каталог для коллекционеров. М., 1999. С. 81.

125

Мельникова А.С. Указ. соч. С. 167, 193.

126

Мельникова А.С. Указ. соч. С. 245

127

Подробнее см.: http:/www.i-a-m.org

128

Барр Р. Указ. соч.С.289.

129

Мэнкью Н.Г. Указ. соч. С. 607.

130

Барр Р. Указ. соч.С.288.

131

Bankruptcy от англ. bank и rupture — «разрыв, перелом», более корректно — «банк, который лопнул».

132

Долан Дж.Э., Кэмпбелл Д.К., Кэмпбелл Р.Дж. Деньги, банковское дело и денежно-кредитная политика. М.-Л., 1991. С. 40—41.

133

См., напр.: Самуэльсон П. Экономика. Т. I. М., 1992. С. 258; Долан Э.Дж., Кэмпбелл К.Д., Кэмпбелл Р.Дж. Указ. соч. С. 32.

134

Берже П. Денежный механизм. М., 1993. С. 21.

135

Вышеописанная ошибка и явилась следствием незакрепленности правовых и экономических понятий «валюта» и «деньги».

136

Ефимова Л.Г. Возможна ли уплата налогов «мертвыми» деньгами? // Бизнес и банки. 1998. № 42.

137

Под термином «частные деньги» понимаются денежные знаки, выпускаемые несколькими конкурирующими негосударственными банками.

138

Хайек Ф.А. Частные деньги. М.: Институт национальной модели экономики, 1996.С. 126.

139

Имеется в виду валюта.

140

Следует иметь в виду, что глава 45 ГК РФ не распространяется на счета депо, поскольку основой этих договоров являются не безналичные деньги, а бездокументарные ценные бумаги.

141

См. главу 45 ГК РФ.

142

Красавина Л.Н. Денежное обращение и кредит при капитализме. М., 1980. С. 126.

143

Несомненно, возникает вопрос о широте круга лиц, принимающих в качестве надлежащего средства платежа тот или иной вид денег. Он может быть как сверхбольшим — миллиарды лиц для наличного американского доллара, так и сверхмалым — сотня человек для каменных денег острова Яп. Определение достаточной степени широты круга лиц в данном случае — очень большая работа, достойная отдельного исследования.

144

http://www.inline.ru/internet.asp?NewsID=46541 (со ссылкой на The Washington Post).

145

Курс рубля к доллару на момент создания работы.

146

Мальцев Ю., Шкаринов И. К проблеме безакцептного и бесспорного списания денежных средств с корсчетов банков // Бизнес и банки. 1996. № 22—23.

147

Гейтс Б. Дорога в будущее. М., 1997. С. 20.

148

Портной М.А. Указ. соч. С. 27.

149

Ефимова Л.Г. Возможна ли уплата налогов «мертвыми» деньгами? // Бизнес и банки. 1998. № 42.

150

См.: Портной М.А. Указ. соч. С. 164.

151

Бартошек М. Римское право (понятия, термины, определения): Пер. с чешек. М., 1989. С. 274.

152

Известный древнеримский юрист, признанный источник права Древнего Рима.

153

Римское частное право: Учебник / Под ред. проф. И.Б. Новицкого и проф. И.С. Перетерского. М., 1996. С. 148.

154

Гай. Институции. Кн. 1-4. М., 1997.

155

Дигесты Юстиниана. Избранные фрагменты. М.: Наука, 1984.

156

Баскакова М.А. Толковый юридический словарь бизнесмена / Научн. ред. В.А. Рясенцев. М., 1994. С. 77.

157

Нерсесов Н.О. Представительство и ценные бумаги в гражданском праве. М.: Статут, 1998. С. 18.

158

Нерсесов Н.О. Представительство и ценные бумаги в гражданском праве. М.: Статут, 1998. С. 199.

159

Нерсесов Н.О. Указ. соч. С. 163—165.

160